Падение Вавилона

– Непутевая?

– Да, – усмехнулся Вениамин Витальевич, – с ней постоянно что-то происходило. Такая шустрая была, как мальчишка. Карел сетовал, что хотел сына, а родилась дочь. Но как по мне, она трех непосед-пацанов стоила. Фигаро там, Фигаро тут. Скакала по лаборатории, как теннисный мячик.

– У нее был допуск в лабораторию? – удивился Вахрушев.

Северцевы хмыкнули в унисон.

– Такая и к президенту пройдет.

– А главное, никаких записей после себя не оставит, – добавил младший Северцев. – Нас без пропуска на дух не пустили бы, хоть десять лет отработай.

Набычатся и орут, как глухие: «Пропуск!». А она придет, улыбнется, пощебечет с ними и проходит.

– Дежнев знал?

– Скажем так, узнавал последним. Но девчонка, если на него натыкалась, как факир, доставала из сумки временный пропуск, подписанный Султановым. Наверное, слямзила бланки и вписывала свою фамилию.

Отец и сын переглянулись и усмехнулись.

– Оторва, – резюмировал Алексей.

– Что вы можете сказать о Султанове?

– Клевый мужик был, – первым высказал свое мнение младший Северцев.

Его отец закивал.

– Азамат был очень добрым и отзывчивым человеком. Талантливый руководитель, знаковый ученый. Можно сказать, человек с большой буквы.

Вахрушев не смог скрыть своего удивления.

– Некоторые сотрудники утверждают, что он только на лаврах Новака почивал и премиальные выписывал.

Вениамин Витальевич фыркнул.

– Эти сотрудники – Дежнев? Никто кроме него так бы не сказал.

– Почему вы так думаете?

– Дежнева никто за человека не считал.

Он только портил атмосферу в коллективе и своими кляузами тормозил рабочий процесс. Новака и Султанова из-за него постоянно наверх вызывали. Что они только не делали, никак не могли от него избавиться.

– Что можете сказать об остальных с допуском?

– Иванов Леня был большой души человек. Жалко, что так рано ушел. У него была ишемия сердца. Ему режим, диета и таблетки были прописаны, а он на все плюнул и жил на полную катушку. Из-за этого с женой разошелся.

Правда, перед его смертью они снова сошлись. Кто там был еще?

– Тороненко, – подсказал полковник.

– Я его не знал. Леша, а ты? – отец перевел взгляд на сына.

Тот прочистил горло и сказал:

– Он дружил с Ячиным. Вроде футболом вместе увлекались.

– А Володин?

Северцевы переглянулись.

– Что? – подметил их замешательство полковник.

– Ну, знаете, захочешь и не сможешь его охарактеризовать.

– Вот как?

– Мутный был, – вставил Алексей.