Верона. Часть II

Сэм дергается как бешеный, из груди вырывается рык.

– Поцелуй меня!

Наклоняю голову. Она впивается в мои губы. Ее пальцы так нежно скользят по Сэму, что аж дух захватывает. От одной мысли, что так теперь будет всегда, внутри разливается бальзам.

– Скажи, что любишь меня! Хочу это слышать снова и снова! – требую я и трясу ее за плечи.

Черт! Меня еще никогда так не штормило! Обычно это из меня тисками вытягивали признание!

– Что с тобой, Руссо? – она заглядывает мне в глаза.

– Просто скажи, мне это нужно!

Глаза неотрывно следят за ее мимикой.

Что она сейчас думает обо мне? Что я шизоид?

– Я люблю тебя! Ты для меня все! Ты – моя жизнь! Мое дыхание! Мой тернистый путь! Глядя на тебя, каждый раз задаюсь вопросом: «Почему именно я?» Вокруг столько красивых женщин, а ты выбрал меня.

Я удивлен, не знал, что она думает обо мне в таком ключе. Ведь я зеркалил ее сомнения. Почему я?

– Пойдем! – она тянет меня из душа.

– Ох, детка, если бы ты знала, что тебя ждет, не была бы так смела.

Она хватает фен и пытается высушить волосы, руки дрожат. Говорю, что высушу сам, забираю у нее фен и терпеливо высушиваю каждую прядь волос. Все это время она изучает мое отражение в зеркале.

Выходим из ванной. Выключаю телефон и веду Верону в спальню. Чувствую, как она напряжена. С каждым шагом, что приближает нас к той самой минуте, смелость ее покидает.

– Ложись на спину, – подвожу ее к кровати.

Она дрожит, то ли от возбуждения, то ли от страха. Ложусь сверху.

Мои руки скользят по ее груди.

– Детка, вся боль в голове. Чем больше будешь бояться, тем больнее будет. Поняла?

Проклятье! Откуда мне знать?

– Я не боюсь!

– Прости меня, детка… – не даю ей опомниться и направляю Сэма туда, где только что царили спокойствие и безмятежность.

***

Измучил ее и себя. Хотел войти как можно медленнее, но потом понял: мне бы вообще войти! Верона никак не хотела меня впускать, от каждой попытки сжималась и корчилась в мучительной гримасе.

В итоге нашел в аптечке подходящую смазку и только с третьей попытки Сэм проник внутрь, да и то пока не до конца.

– Малышка, расслабься!

По ее щекам текут слезы. Верона выгибается, хватает ртом воздух, кричит что есть мочи и со всей дури вонзается зубами в мое плечо. Проклятье! Мне самому больно, и я радуюсь, что еще не весь алкоголь выветрился из моей башки! Уже непонятно, кто кричит громче, она или я, плечо жжет, Сэм в тисках.

– Расслабься, впусти меня.