Петля. Том 2

Иногда у него из носа начинает течь кровь… Не знаю, может, это из-за жары, хотя я стараюсь прятать его от открытого солнца… Он… не любит, когда слишком ярко, так что, похоже, есть проблемы и с глазами. Но самое плохое – это спина. Раны снова жутко воспалились, а из-за этого температура постоянно поднимается. Сегодня вон, перед тем, как сюда ехать, все утро сбивали. Пришлось даже окунать его в ледяную воду и… Отец говорит, это может быть сепсис. Нужно не просто водой промывать, а какими-то средствами, которые только ты знаешь…

– Да, знаю, – подтверждает Тито, – Они у меня есть.

Скажи, а судороги у него бывают?

– Бывают… Особенно во сне и после того, как просыпается… у него… Да, наверное, это похоже на судороги…

– Поэтому ты не хочешь, чтоб он сейчас хоть немного поспал?

Помедлив:

– …да, в том числе и поэтому.

– В том числе?

Надеется, что бесенок все-таки назовет ему остальные причины, по которым он жестоко лишает бедняжку бесспорно целебного и столь необходимого истощенному организму сна.

Но тот лишь упрямо встряхивает головой: «Не важно».

«Не важно»… Вот уж, нет. Сейчас важно все: любая мелочь, любая деталь… Надо бы как-то объяснить это бесенку. Иначе он просто не сможет лечить покалеченное тело, не задевая при этом иные раны: невидимые но, наверняка, не менее болезненные.

– Ну, Рамин, все, что ты перечислил, конечно, плохо. Но Сани поправится. Это все пройдет, поверь. Это мы вылечим. Это я знаю, чем лечить. Однако меня волнует не только его физическое состояние.

Я хочу знать, мучает ли его что-то помимо телесных травм, то есть…

– Ясно, – на сей раз резко перебивает его мальчик, и еще долго молчит, подозрительно разглядывая своего собеседника, прежде чем выдавить скупой и сухой ответ: – Да.

Тито медлит, ожидая дальнейших разъяснений, и так и не дождавшись, спрашивает сам:

– И… как это проявляется? Я вижу, Сани боится незнакомых. Но, может, есть еще что-то? Расскажи.

И в тот же миг лицо бесенка словно каменеет – становится твердым, скованным, застывшим, непроницаемым.

Разве что глаза…Глаза, напротив – жгут – полыхают. Уставился на него, прямо как на врага.

– Зачем тебе? – спрашивает холодно, с ожесточением.

– Чтобы я мог помочь…

– И как ты в этом собираешься помогать?

– Не знаю…Для начала мне надо понять…

– Вот именно, – его кулаки решительно сжимаются, – Понять. Так что, это лучше ты мне все расскажи.