Здравствуй

Она распиналась, гладила игрушку, показывала ее тебе, но ты, маленькая-маленькая, совсем не была заинтересована в нем. Я смотрел на тебя и чувствовал, как бьется мое несуществующее сердце. Внезапно, ты посмотрела прямо в мои грустные глаза и достала меня из тесной картонной коробки. Твой голос. Твой детский, тихий голос, робко спрашивающий «можно его?» я не забуду уже никогда. Твоя мама недовольно закатила глаза и уговаривала тебя взять прекрасного, яркого, красивого зайца. Но ты совсем ее не слушала, только смотрела в мои глаза и прижимала меня к себе так, будто я что-то значу.

Я слышал, как бьется твое сердце. Жаль, что ты не слышала мое. Ты спасла меня. Я спас тебя.

Мы проводили вместе все время. Я видел, как ты плачешь, когда тебя обижали соседские мальчишки, видел, как робко ты тянешь руку на своем первом в жизни уроке, видел, как ты весело смеешься с шуток своей сестры, видел, как ты жуешь конфеты, пока никого нет дома. Я чувствовал, как сильно ты прижимаешь меня к себе, когда спишь, как сонно ищешь меня рукой, когда переворачиваешься на другой бок и чувствовал, как ты дрожишь, потому что ночь такая длинная и страшная, а тебя пугает даже малейший шум.

Я помню, как ты сначала откусывала кусочек хлеба сама, а потом протягивала его мне, как тянула к моему ниточному рту вилку с хрустящей картошкой и как наливала мне в отдельную чашечку чай. Я сидел на твоих коленях и чувствовал себя самым счастливым, самым нужным, самым важным. Я чувствовал, как распирает меня любовь к тебе, и как мне жаль, что я просто игрушка.

Я помню, как ты шептала мне, что я твой самый лучший друг. Спасибо тебе за то, что видела во мне больше, чем просто неправильного плюшевого мишку. Ты говорила всем, что я очень грустный и мне нужно больше любви, ты обнимала меня сильнее, чем кого-либо еще, ты брала меня с собой всюду и, если где-то забывала, то всегда возвращалась за мной.

Я видел, как ты росла. Видел твои ссоры с сестрой, ссоры с мамой, ссоры с твоим отцом. Ты обижено лежала на своей кроватке, глядя на меня.

Ты рассказывала мне о своих чувствах, фотографировала меня и целовала в ниточку под глазом. Ты говорила, что это родинка. У тебя есть такая же. Это наша с тобой особенность, это наша с тобой связь.

Я любил тебя всем своим телом. Я помню, как ты впервые разочаровалась во мне. Это было в летнем лагере. Светловолосый мальчик, с большими голубыми глазами и самой очаровательной, по твоим словам, улыбкой взял меня за лапу и презрительно скривился.