Богиня в спортивном костюме

И, если уж честно, лучше естественная фитнес – няшка, чем силиконовая долина. А Лиска принадлежит именно ко второй касте. Я держу ее рядом только потому, что она деньги любит больше, чем что-либо, поэтому просто не замечает моего телосложения. И скорее всего ждет не дождется, когда я сдохну от ожирения или сердечного приступа вызванного сахарным диабетом, чтобы прибрать к жадным, похожим на куриные лапки, ручонкам, сладкие банкнотки с моих счетов, и найти себе знойного мачо, такого, как вон тот придурок, доводящий меня до клокочущей внутри ярости.

Не знает, дурочка, что я давно отписал все в завещании фондам, борящимся с ожирением.

– Не, братан,– заколыхался Кирюха,– это у него с животом, что – то. Пресс у тебя лежит, в нагрудном кармане, резинкой для трусов перетянутый. Ты, кстати, портмоне бы купил, что ли, или мешок инкассаторский.

– Кирюх, слушай, погоди,– сказал я, вставая с места. Девчонка явно не справлялась с необремененным интеллектом качком. Ее подружка бестолково вертелась вокруг, и ничем не помогала ни ему, ни своей приятельнице.

–Эй. А ну оставь девушку в покое!– крикнул я, пытаясь переорать гремящую музыку. Как ни странно, качок меня услышал, и даже на мгновение выпустил свою жертву из медвежьих объятий от неожиданности. Нет, его можно понять, наверное впервые кто – то рискнул ему помешать.

– Слушай, малыш, иди а. Куда шел, иди, жирок заодно растрясешь, – спокойно сказал парень. Ну да, я не ошибся. Морда глупая-глупая.

Глаза, как целлулоидные пуговицы.– Вали, пока я не разозлился и не испортил твой костюмчик.

Девчонка с интересом уставилась на меня, как на диковинное животное и пьяно икнула. Странно, может это и не алкоголь совсем.

– Ты же видишь, девушка с тобой идти не хочет,– спокойно продолжил я, не сводя глаз с оппонента.

– Он, прав,– вдруг пьяно протянула красотка, – я с тобой пойду. Ты же не против? А ты Ромашка,– глянула она на качка,– иди штангу потягай. В последнее время у тебя только с железом любовь получается.

Вот и трахайся в зале, а меня в покое оставь.

– Убью,– порычал тот, кого девчонка назвала Ромашкой, и бросился в нашу сторону. Куколка повисла на мне прижавшись теплым, каменно мускулистым боком, и даже не шелохнулась, увидев движение своего приятеля. Странно, но этот терминатор даже приблизится к нам не успел. Отлетел на добрых полметра, и обвалился у ног танцующих, удивленно хлопая глазами.