Чертов ангел

Отвернуться он и не подумал.

– Подержи, – в руку мне легла тяжелая рукоять пистолета. Я уставилась на оружие, не зная, что с ним делать. Раздался треск, я взвизгнула, наблюдая, как этот дурак потрошит мой любимый бюстгальтер. И честно сказать, если бы не была «пистолетным инвалидом», то пристрелила бы этого вандала на месте. Ангелочек довольно хмыкнул, выуживая из ткани тонкий металлический полумесяц косточки, и выпрямив проволоку руками, сунул ее в дверцу доисторического «Запорожца». Дверца щелкнула.

– Пистолет тебе оставляю, у меня еще есть.

Садись. Или особого приглашения ждешь? Я два раза не предлагаю. И, кстати, обувь у тебя говно. По лесу в такой не погуляешь.

Я уставилась на ноги, обутые в Шмойловские тапки, ну не было времени переобуваться. Слова паразита про леc пропустила мимо ушей. Юркнула на пассажирское сиденье и замерла.

– Ты поведешь. Я не могу, – снова приказал этот противный тип, гражданской наружности. Он совсем умом помутился. Я на механике ездила в последний раз… Никогда.

– Я два раза не повторяю., куколка, – прохрипел Синоптик. – Или ты садишься за руль, или остаешься. Думать некогда. Я, честно говоря удивлен, что Ромашкины нукеры нас еще не обнаружили. Поверь, Дохлый – котенок мимишный в сравнении с Лимузином. Веришь?

– Не пугай меня, я и так писать уже захотела, – и почему меня всегда несет по кочкам? Вон у ангелочка глаз дернулся, а это плохой признак. Я вам доложу. Вместо того чтобы вылезти и спокойно обойти «дришпак» я почему – то решила перелезть на водительское сиденье, минуя излишние движения.

Вы когда-нибудь пробовали станцевать мазурку в консервной банке? Нет? И не пробуйте. Я дернулась влево, при этом приподняв ногу, но зацепилась брючиной за рычаг переключения передач. Ткань противно затрещала. Я стала похожа на распятую на стекле муху, и дабы избежать позора, перекинула свое доходное тельце в сторону водительского сиденья, решив, что в этом случае, смогу освободить свои штанцы из плена.

– Прекрасно, – хмыкнул Синоптик, глядя, как я барахтаюсь запутавшись окончательно в своих руках и ногах.

И пытаюсь при этом понять, где находится верх колымаги, а где нет. – Вы просто поражаете меня мадам. И как ты умудрилась дожить до своих годов?

– Помоги, – пропыхтела я, пытаясь приподнять голову. Хрен там. Она плотно застряла под рулем.

Сильные руки, выудили меня из дурацкой машины, словно репку. Штанина грустно повисла на рычаге, предательски оторвавшись от спортивных брючек.