Дикая Лилия

Вразвалочку пошел к вертолету, возле которого я замерла, раскорячившись, словно одноногий Джон Сильвер готовый к поднятию на Летучий Голландец. Прятать топор в трусах – идея не фонтан. Это так, на будущее, если вдруг кто решит попробовать. Маленький еще может и проканает, а вот колун, который я свистнула со двора…

– Только тронь меня, – прошипела я, наблюдая за перемещениями придурка. Подмигивает еще, упырь. – Я тебе нос откушу. Веришь?

– Детка, я буду нежен, – промурлыкал безмозглый уродец, ухватив меня за ягодицу своими погаными клешнями.

 – Такие нежные цветочки, как ты в этом лесу не водятся.

«Господи, спаси душу раба твоего блаженного» – успела подумать я, прежде чем вцепилась ногтями в физиономию ублюдка. Ну, автоматически я калечу дураков. Такая у меня суперспособность. Мозг отключается напрочь, когда кто-то пытается посягнуть на мою добродетель без моего на то разрешения.

Короче, в вертолет мы погрузились, только через полчаса. В этот раз мешок мне на голову накидывать не стали, и я могла любоваться делом рук своих и восхитительными пейзажами из окна стальной стрекозы.

Кубик, который Коробок, напряженно молчал, что мне, лично, даже импонировало. Он умнее кажется, когда сопит в свой распухший пятак, и красиво отсвечивает полуоторванным ухом.

– Без мешка мне нравится больше, – миролюбиво сказала я, любуясь горным пиком, укрытым кипенно белым, снежным покрывалом. – Гораздо больше. Может споем? Ну там «Летят перелетные птицы, или на худой конец…»

– Ты можешь помолчать? – взвизгнул квадратный.

Зря он, пою я конечно даже еще хуже, чем танцую, но я же дама. Мог бы хоть вид сделать, что сама Кабалье мне и в подметки не годится. Несчастный летчик подскочил на сиденьи от неожиданности, и едва не выронил из рук штурвал. Вертолет на миг потерял управление, его тряхнуло так, что мерзкого карлика мотануло вперед. И если бы не ремни, которыми он был пристегнут, к его шрамам, полученным на любовном фронте, прибавилась бы еще парочка.

– Эй, не дрова везешь, вот пожалуюсь на вас шефу, а у него медведи голодные, – пробухтела я, пытаясь отодрать каблук от сиятельной туфлишки.

Первый пал смертью храбрых во дворе терема. Я его подобрала и сунула в свой «сейф». Шпилька-стилет в умелых руках тоже оружие, похлеще финки. Лясик меня четвертует, когда я выберусь из этой переделки. Если выберусь.

Кстати, прикидываться дурочкой, оказывается, достаточно сложно. Времени на нормальный мыслительный процесс остается крайне мало.