Если б не было тебя

Странный для обоев узор.

– Лиль, а где твои татуировки? – я смотрю на руки моей сестры, которая сняла с себя жакет, оставшись в легком топе, и небрежно бросила дорогую тряпку на спинку дивана. Ее белые руки, покрытые редкими смешными веснушками, светятся в тусклом свете маломощной лампы. Девственно чистые, как у ребенка.

– Не сделала, – морщит нос сестра, – представляешь? Зассала, что меня на работу с ними не примут. Теперь я офис-менеджер.

В ее тоне нет гордости, скорее сожаление об упущенном. Лилька – офисный планктон.

Если бы мне сказал об этом кто-то посторонний, я бы умер со смеху. Но она серьезна, только глаза больные, как у обиженного щенка, которому не досталось сладкой косточки.

– Ну, давай, скажи что я слабачка, – ухмыляется Лилька, поправляя выбившуюся прядь. Десяток колечек, вставленных в ухо, лишь на миг появляются в зоне видимости. Нет, она все такая же, просто не позволила своему нутру взять верх над окружающим миром. – А знаешь, я все же сделала пирсинг. И тату.

Я смотрю, как сестра задирает топ, и вижу маленький символ бесконечности, прямо под костистыми ребрами.

– Пирсинг не покажу, – морщится Лилька. – Он в труднодоступных местах. Стыдно мне показывать такую пошлость младшему братишке.

– Лиль, ты помнишь Леру?

– Кого? – неподдельно удивляется она. – Жек, я не знаю всех твоих баб. И не одобряю, ты же знаешь.

– Лера. Моя жена, – шепчу я, стараясь не смотреть в сузившиеся глаза сестры. – Она была. Вон, на столе ее дневник. Ты же понимаешь, что я не мог выдумать целых семь лет своей жизни?

– Дневник, – выдыхает Лилька, глядя на стол, туда где лежат тонкой стопкой тетрадных листов наши с Леркой жизни.

 – Да, вижу. Тетрадь. Жень, ты в порядке? Мама говорила тебя не тревожить.

– Помоги мне найти ее. Помоги. Я сегодня читал, как мы впервые встретились. Никогда не думал, что Лера умела так писать. У нее явный талант. Хочешь прочесть?

– Нет, – слишком поспешно отвечает сестра, – это личные записи. Я не могу. Не буду.

– Я и забыл о качелях и парке, и старом доме представляешь? Стерлось из памяти все.

– Так сходи туда. Удостоверься в том, что существует эта чертова люлька. Может все это твои фантазии, – хмыкает сестра. – И дом. Ты пытаешься возродить к жизни то, о чем сам давно не вспоминал. Жень. Надо двигаться, чтобы добиться своего. Лера твоя – ты ее любишь?

– Не знаю. Уже не помню. Я был плохим мужем. Ты же знаешь обо всех моих изменах. Ты все знала, но никогда не вставала ни на чью сторону.