Идиотки

Да и грязные пятна на лице и ссадины на руке шарму мне не прибавляли.– Ну вот. Теперь тебе точно вернут все, что должны. Я бы и то тебе подала,– хмыкнула Галка, закатив глаза. Ты неподражаема, Чита. Надо было маску поросенка брать. Она больше подходит твоему состоянию души.

Я не стала дослушивать издевательств. Медленно заковыляла к высокому офисному зданию, светящемуся в солнечных лучах миллионом окон, как елочная игрушка. Толкнула дверь и вошла холл, который за долгие годы работы в концерне изучила лучше, чем свой собственный дом.

–Евка, ты чего тут? – я вздрогнула от неожиданности, услышав собственное имя. Повернулась к источнику звука и увидела администратора Леночку, глядящую на меня ясными глазищами, обрамленными искуственными ресничками.

– За рассчетом пришла,– буркнула я, чувствуя себя в своей рваной блузке, усыпанной пятнами, ущербной, рядом с небесным созданием. Про леночку говорили, что она спит с Русланом. И почему то мне эти слухи не казались такими уж фантастическими. Вольский именно к таким девушками и питал страсть, судя по снимкам в глянце.

 – Олег Евгеньевич на месте? Я бы хотела с ним увидеться.

– Тебе в бухгалтерию нужно,– проблеяла Ленуська, уставившись мне за спину. Я поежилась. Такой взгляд у красавицы бывает только в случае испуга или мыслительного процесса. Второе, кстати, случается у моей коллеги реже, а точнее никогда. – Слушай тут такое творится. Полиции полон офис. Всех допрашивают. Олег Евгеньевич в ярости. Альбинка на коня вскочила. Ужас. Все тут живем постоянно в страхе.

– А что случилось то? – шепотом спросила я, зная и что и так сейчас весь расклад узнаю. У Ленки язык совсем без костей. А тут свободные уши нарисовались. Только вот болтливая администраторша захлопнула свои гилауроновые губки, и завращала глазами. Мне даже показалось, что ее сейчас разорвет от напряжения.

– Не могу рассказать. Скзали, что уволят всех, к чертовой матери, если языками мести будем. А у меня кредит на машину и ипотека. Но, ты зря пришла сейчас.

Ев, иди домой, а. Бухгалтерия все равно пока не выдает никаких денег. Из – за Руслана, черт бы его побрал и мы сидим на эфесе, ножки свесив. Там требуют выкуп, а следователь такой дотошный. Зверь просто.

– Лен, я можно в туалет сгоняю только? – пискнула я, поняв, что больше и слова не добьюсь от красавицы. Слишком уж резко она прекратила свои излияния. Да, видимо рассчета мне не видать, как собственных ушей. И придется нам с Подвигалкиной снова есть ону капусту.