Измена. Список безумных поступков

Эх… Скажу Котьке, чтоб постелил тебе в гостиной, – вздохнула Машка.

Костик – Машин двадцатилетний сын, похожий на Дольфа Лундгрена. Мускулистый красавец, блондин, двух метров роста. Гордость мамина, студент, спортсмен, красавец. Везет ей. У нее есть он. Мужчина, который никогда не предаст. Не наставит рога с шикарной профурой. Не бросит в болезни и здравии. Я поплелась спать, зализывать раны и жалеть себя, но вырубилась, едва коснувшись головой, заботливо впихнутой в чистую наволочку, подушки.

Бом-бом-бом. Мне показалось, что начался Армагеддон.

Поверьте, музыканты воспринимают звуки гораздо более болезненно. Особенно такие громкие. Я с трудом разлепила глаза, и села на неудобном ложе, силясь понять, где я. Диван. Черт… События вчерашнего вечера свалились на мою больную голову каменной лавиной. Я упала обратно на подушку и застонала.

– Теть Вер, я стучал,– сунул нос в комнату Костик. Блин, ну какая я тетя ему? Я старше то всего на шесть лет. – Тетя Верочка, там тебя ищет мужик какой-то. Ты сегодня прямо на расхват, – хохотнул великовозрастный «Дубинушка –ребеночек», – то Дюша твой приперся, так мать такого пендаля ему ввернула, даже я восхитился.

Теперь громила какой-то нарядный. Пинжак аж прямо лоснится денежкой. Говорит, ты у него что-то забыла в машине. Бант вроде какой-то.

– Пусть идет… на ху… – прохрипела я, пытаясь сообразить, как этот нахальный мерзавец вычислил адрес Маки. Неужели… Он что, за мной проследил? Гребаный маньяк. Чертов проклятый маньячелло. И Дюша еще… Да что ж происходит то с моей жизнью? И Дюша… Он же такой обидчивый.

Черт. Мака вечно сует свой нос куда ее не просили. Боже, это же полнейший крах всего. Всех моих надежд и чаяний. Ну да, я представляла, как мой муж, осознав горькие ошибки, валяется в моих ногах, плачет. А я… А что я?

– Куда? – залучился улыбкой мой крестник. – Боже. Теть Вер, ты выучила плохие слова? Придется мыть тебе рот мылом. Помнишь, ты говорила мне…

– Пусть идет на хутор, ловить бабочек. Хотя стой. Дай ему денег, за проезд и за капот.

Я верну.

– Ага, мать мне оставила тугрики. Только это… Ты уверена, что этому франту нужны твои нищенские полушки? У него ботинки…

–Коть, умоляю. Просто отдай ему деньги и все. Парень на «шестерке» ездит. Ну с рынка поди прикинулся, мало ли подделки сейчас хорошей. А бант пусть себе оставит, на память, – уныло вякнув, я нырнула головой под подушку. Чертов бант все таки отвалился. Говно скотч был. Оооооо. Точно рот надо мыть. И мозг полоскать.