Плюс сайз. Охота на миллионера

Убедившись, что я вполне себе жива, шустро сел в машину и сорвался с места, словно за ним гонится свора бешеных собак, окатив меня и лучшего алкоголика района тучей ледяных брызг. Представляю, как он расскажет Завьялову о том, какие у меня друганы. Нервно хохотнув, я оперлась на нетвердую руку Лелика, заботливо мне поданную, и заковыляла в подъезд. Теперь-то меня точно уволят без выходного пособия как личность неблагонадежную, да и волчий билет выпишут в придачу.

– Где ты шлялась? – услышала я капризный голос мамы из кухни.

Боже, а я еще испугалась, что дверь забыла закрыть и меня ограбили. Уж лучше бы это были маньяки-грабители, подстерегающие одиноких дам и насилующие их с изощрённой жестокостью. Сегодня бы я им обрадовалась гораздо больше, чем маман. А что, и вдоволь, и без греха, как в том старом анекдоте про монахиню. Я нервно улыбнулась и проскользнула в ванную, пока мамуля не вышла мне навстречу. Тогда надругательства маньяков покажутся мне легким, ни к чему не обязывающим флиртом, в сравнении с выколупыванием мозга чайной ложечкой, мастерством которого моя родительница владеет филигранно.

И ведь не сбежишь. Некуда. Даже тут Завьялов мне подгадил со своим внеплановым выходным. Ну ничего, завтра я выскажу все, что о нем думаю, и сама уволюсь к чертовой матери. Фиг я буду под его началом работать.

Глава 9

Пахло сырниками. При всем при том, что мама сама ест как птичка и только здоровую пищу, повариха она отменная. Я вот все время удивляюсь, как у нее получается колдовать над сковородой с исходящими ароматом творога и ванили творожничками и ни разу не попробовать даже крошки.

Я в поварском деле полный профан, и слава богу – в противном случае давно бы уже не смогла пролезть в дверной проем. Максимум, на который я способна – смешать «Маргариту». От мысли о спиртном к горлу тут же подскочила противная тошнота.

Мама задумчиво стояла у плиты и подозрительно молчала, даже не обратив внимания на мое появление.

Странно, я ожидала океан вопросов и закатывание глаз, а тут полнейшее безразличие.

– Знаешь, дочь, когда понимаешь, что все – это конец? – безжизненно произнесла мамуля, переворачивая шикарнейшие оладушки, и мне стало страшно. – Когда он жрет рыбу прямо со сковороды, а тебе все равно, – продолжила родительница и смахнула сырник прямо на пол. Из-под стола с быстротой молнии выскочила собачья лапа, сграбастала вкусняшку, раздалось довольное повизгивание.