Развод. Цена нелюбви

А может и вправду просто плюнуть на все и снова вернуться в жизнь без проблем? Только вот уважать себя тогда я перестану. А это путь в бездну.

– Назовите номер участка, я пришлю адвоката для моей снохи, – словно сквозь вату слышу слова свекра.

– В этом нет необходимости,– буркнул Северцев.– Верну вашу дочу в целости и сохранности.

Перевожу дух, только оказавшись на улице. Чертовы туфли на шпильке, семеню за своим спасителем, как привязанная.

– Спасибо.

– Спасибо не булькает. Слушай.

Апельсинка…

– Ирина Игоревна.

– Не важно. Что ты ко мне пристала?

– Так это же вы приехали меня спасать.

– Дурак потому что, – наконец останавливается Северцев. Я не успеваю затормозить. Врезаюсь в его, словно вываянное из камня, тело.– Просто не проспался еще, вот и полез на рожон. У меня погоны на дуршлаг скоро похожи станут. И все из-за тебя.

– Ну и не приезжал бы, тоже мне доблестный рыцарь, – обидно мне. И не понятно от чего. Кто он такой-то, этот хам облезлый? Подумаешь, спаситель.

Раком до Москвы такого быдла не переставить. Я заковыляла в сторону дороги. Сейчас поймаю такси и…

– Далеко собралась?

–Твое какое собачье дело? К подруге поеду.

– Действительно, чего это я? Рисковал карьерой, здоровьем, ради дуры. Никакого. Поезжай, деточка. Там тебя и примут сразу. Заждались уж поди.

Черт, он прав. Я замерла на месте. Осознание, что идти то мне и некуда словно бетонная плита обрушилось на мою растрепанную голову.

– Ну, пока. Не звони мне больше.– равнодушно хмыкнул мерзкий нахал и зашагал по тротуару развязной походкой. Паразит.

– Стой,– жалко простонала я.– Да постой же. Слушай, Северцев…

– Надо же, ваше Высокоблагородие соизволили запомнить фамилию холопа жалкого. Даже интересно.

– Помоги мне,– о, да. Опускаюсь все ниже и ниже. Но деваться то мне некуда. И кроме этого наглого мужлана обратиться за помощью не к кому. Я считала, что Половцевы – каменная стена, способная меня укрыть от всех бед.

А спасаться то надо от них. Бежать, не оглядываясь. И маме… Надо срочно позвонить маме.

– Поехали,– выдыхает Северцев.– Только молча. Я что-то устал.

– А куда?

– Я сказал молча. Будешь молотить языком высажу из машины.

Глава 9

– Мама, мамочка, ты как там? – смотрю на экран телефона, вглядываюсь в родные черты. Мама улыбается. Осунулась немного, но на щеках появился румянец. Меня это радует несказанно.