Супер сайз. Двойной удар

– А вчера…

– Вчера я был расстроен,– хмыкнул мерзавец, окатив меня полным ехидства взглядом. – Потому что меня кинула дура в дурацкой медвежьей шляпе. А я этого не люблю. Садись рядом. Моя помощница должна всегда быть рядом, чтобы исполнять любую потребность монаршьего организма. Андестенд?

– Мы, кажется, про потребности еще вчера все обсудили,– вякнула я и замерла у дверцы, как истуканка, ожидая, что мамонт, как порядочный мужчина откроет ее передо мной.

– И я тебе вчера объяснил – не мечтай.

Я даже в детстве не играл в танки,– заржал поганец, открыл дверцу и свалился на шикарное кожаное сиденье, даже не подумав проявить галантность.– Чего ждешь? Мы опоздаем. Оббеги тачку и сядь с другой стороны. Тебе полезно двигаться. Ау, мы опаздываем. Как ты в школе с такой замедленной реакцией то работала, ума не приложу.

Поскуливая от позора, я послушно двинулась вперед. Уж лучше рядом с водителем ехать, и не видеть самодовольную морду самодура – босса.

– Эй, я велел сидеть рядом со мной,– ударил мне в спину выкрик.

– Быстро села сзади. Терпеть не люблю непокорных баб.

Я кое-как уселась рядом, стараясь как можно больше увеличить расстояние между нами.

– Да расслабься, никто не посягает на твою честь,– пробурчал Седов, и развалился на сиденьи, наслаждаясь моей паникой. Сдвинулся в мою сторону, наблюдая за реакцией с моей стороны. Она ему определенно понравилась, потому что я вжалась в дверцу, очень мечтая просто выскочить на улицу.

– Ты бы предпочла бежать за машиной, лишь бы рядом со мной не сидеть, – промурлыкал этот огромный хищник.

– Как рыцарский слуга, за господином? А, Параша?

– Прасковья,– стараясь не дышать ароматом распаленного самца, выдохнула я.– Меня зовут Прасковья. Постарайтесь запомнить. Я понимаю, что вам это трудно, оперативка маленькая. Но все же, нельзя уж совсем так себя запускать. Гинко попейте, это полезно не только для мозга.

– А то что, проклянешь меня? Ты меня утомила, короче. Языком метешь, как метлой машешь, – сузил глаза Мамонт, придвинувшись ко мне опасно близко.

Настолько, что я почувствовала его огненное тепло, пышущее через ткань шикарного костюма, цвета стали. Он оттеняет его глаза. Черт, что за идиотские мысли, и почему мне трудно дышать?

– Вы страшный выдумщик.– вздохнула я.– Кроме того. Я сама проклятая, а это значит, что …

– Приехали,– хмыкнул Глеб Егорович, перебивая мою идиотскую речь, выданную поплывшим мозгом.