Супер сайз. Двойной удар

– И какого лешего ты приперлась в мой кабинет в этой чертовой маске, Гюльчатай, блин. Личико то покажешь?

– Я пожалуй пойду. Спасибо, было приятно…– просипела баба и резко развернувшись метнулась к выходу.

– Стоять,– рявкнул я, и поднявшись с кресла, медленно пошел к замершей в неестественной позе уродине.

– Не подходи,– вякнуло нечто, вытянув вперед изящную ручку, так не вяжущуюся с бегемочьим телосложением, с зажатой в ней рогаткой. – Предупреждаю, этой штукой я могу завалить роту зулусов – людоедов.

Черт, этот голос. Я его уже слышал где – то. Но где?

– Ой, как страшно,– ухмыльнулся я, и резким движением содрал с лица идиотки тряпочную маску. Уставился на круглую физиономию бабы и заржал в голос. Под носом у толстухи, зеленым маркером, были нарисованы шикарные усы, на подбородке блистала розовая бороденка а ля Армис – подросток. – Место твое. Завтра приступаешь. И костюм почисти, а лучше сожги к хренам. А маску наоборот, носи не снимая. В ней ты больше на человека похожа.

– Это дети. Они только мои, понял? А пиджак в клею, Вовка случайно… Неважно… – простонало существо.

– Клал я из – под хвоста на твоих личинок. Главное, чтоб они не мешали работе. Избавь меня от рассказов об их достижениях. И учти, еще раз ко мне на ты обратишься, я тебя… -. Странная баба боком двинула к выходу, попутно оттирая с пиджака пятно, похожее на плевок. Шустро так, даже не дослушав, что я с ней сделаю, если не будет соблюдать субординацию.

Значит бежать решила, чумичка.– И учти, не явишься утром на работу, я приеду и приволоку тебя волоком, как куль с навозом. В кадрах есть твой адрес, ты его указывала в резюме. И кстати, выход из здания в другой стороне, – проорал я ей в спину, бодро скачущую по коридору в направлении офисного туалета. Черт, у меня стойкое чувство, что я уже где – то видел эту идиотку. Но где? И на фиг мне нужна эта докука? Таких, как эта толстая баба на рынке труда по сто баксов пучок приобрести можно. Ладно, потом разберусь. Пока мне нравится как она меня боится. Именно такую я и хотел – бледную моль, затюканную и нищую.

Прасковья.

– Она проснется и тебя убьет,– хихикнул медведь из сна, голоском моей дочери Вари.– Маркер то несмывучий.

– Дура, ты раньше не могла сказать? – пробубнил ему в ответ кто – то из закоулков сонной тьмы Вовкиным мальчишечьим рыком. –Но фломастеры ж твои. Этот вон розовый с блестками вообще.