Сладкий пирожочек

Автоматчик, надеюсь, не сразу меня убьет. Я зачем то нужна этим бандюгам, раз до сих пор не кормлю пустынных орлов. Так что есть надежда, что стрелять на поражение не станут. А это значит… Да ничего это не значит, мать мою так. С перебитыми ногами тоже особо не побегаешь. Но, попытка же не пытка.

Содрала балдахин, проверив его на прочность ногой. Тряпка должна выдержать мой бараний вес.

Стена оказалось слишком гладкой. Ни одной выбоины. Будто кто-то специально полировал. Хорошо хоть уступы были. И все равно я сорвалась.

Хотя, нет, не так… Я сорвалась, потому что… Во дворе появился безумец в плаще и шляпе. Чёртов придурок первым делом привлек внимание охранника, что мне, конечно, было на руку. Но… Проклятое чувство спарвелдливости, честности и самопожертвования, привитые мне любящей мамулей. Я могла бы уйти в приоткрытую придурочным красавчиком в шляпе калитку, пока цербер бы его убивал. Тихо. Без шума и пыли. Просто свалить, подняв облако песчаной пыли. Но я…

– Я пришел тебя спасти, – прохрипел мой Джеймс Бонд в шляпе «прощай молодость», глянул мне прямо в душу своими глазами, похожими на озера расплавленного олова, сделал шаг в мою сторону, споткнулся о валяющийся на земле автомат.

Раздалась очередь, взрыхлившая иссушенную землю, выбившая из нее фонтанчики каменной крошки.

– Ооооо, – застонал мой спаситель и схватился за ухо. Я сглотнула вязкую слюну, рассматривая струйку крови стекающую по чумазому лицу придурка в шляпе. – Рикошет. Ничего страшного.

Иди за мной.

Как же. Ничего страшного. Все не страшно, а ужасно. Идти то я не могла. Не терплю вида крови. Голову заволокло липким туманом. Я согнулась и исторгла из себя все съеденное на великосветской трапезе.

Сильные руки чертова сумасшедшего Шляпника подхватили меня и поперли куда-то. Мне было сейчас абсолютно все равно куда.

Глава 5

Людвиг Сладкий

Пахло кровью, женщиной и проблемами. Эта тощая чертовка оказалась страшно тяжелой. Отстреленную мочку уха жгло от стекающего по моим скулам пота.

В глазах темнело и мерцало.

– Поставь меня на ноги, в конце-концов, – прохрипела мелкая заноза, заюлила задом, словно бешеная песчанка.

– А ты будешь себя хорошо вести? – хмыкнул я, с радостью сгружая ее на землю.

– Спросил человек, которому чуть рикошетом не пробило в голове лишнюю дырку, – словно лошаденка фыркнула проклятая нахалка. – И головной убор, между прочим, так не носят.

– Зато голову не печет.