Записки на кухонном полотенце

– Ты ж ее терпеть не можешь, – выпучила я глаза на великовозрастное дитяте, пытаясь скрыться под одеялом.

– А сегодня хочу. И вообще, сколько можно дрыхнуть? В твоем возрасте нужно вести активную жизнь. Лицо, вон, как у мопса – мешки под глазами. Короче, не морочь мне голову. Сказал же, каши хочу.

– Слушай, давай без каши, а? – не теряя надежды, промямлила я, с тоской глядя в залитое дождем окно, за которым ветер срывал огромные ветки с гнущихся до земли деревьев. – Молока нет и манки тоже. Вечером куплю и сварю.

– Вот ты какая, да? Я, может, каши раз в столетие захотел. Может, у меня организм растущий. А ты только и думаешь, как бы до компьютера добраться, чтобы вирши свои сочинять в тепле. Иди в магазин, ничего с тобой не случится, – сказал, как припечатал, любящий двадцатилетний «растущий организм» и скрылся в своей комнате, откуда тут же раздалась сумасшедшая стрельба, и крик моего больного ребенка: мочи тварей.

Тоскливо глянув на письменный стол, я сползла с кровати и, шаркая тапками, отправилась в ванную, мечтая оказаться на каком-нибудь очень далеком необитаемом острове вместе с моим инвалидом-компьютером.

Хоть на недельку, да что там, и дня бы хватило. Нога скользнула, и по квартире поплыл запах собачьих какашек.

– Забыл сказать, – высунул лохматую голову из комнаты «больной» ребенок, – с Падлой не гуляли. Хотя, судя по запаху, мимо ты не прошла. Хреновый из тебя сапер, мать.

Дверь в берлогу сына закрылась, и из-за нее раздался веселый, хрюкающий смех.

А где-то в недрах квартиры зацокали по паркету коготки отложившей мину собаки, больше похожей не на представителя семейства псовых, а на всем известного осла из мультфильма «Шрек».

Собаку выбрал мой муж, он долго ходил по магазину, разглядывая животинок, потом ткнул пальцем в аквариум с ангелоподобным щенком и сказал:

– Берем эту, у нее такие умные глаза.

Так в нашем доме появился минер-подрывник, сеющий хаос и разрушения.

«Вернусь, убью», – решила я и, кое-как одевшись, вышла под ледяной, колючий дождь в надежде добыть молока и манки в маленьком, задрипанном магазинчике через дорогу.

На счастье, мечта моя сбылась, и я, слегка замерзнув, не до костей, как этого хотел жаждущий ребенок, вернулась домой.

– Не хочу кашу, – сказал сын, облизав край ложки, – ты ее неправильно сварила. Что это, даже одного комка нет? Иди уже, кропай свои вирши, раз не можешь даже кашу сварить по-людски.