ДипВлом?! Очка, факультет информатики

– Готовились, да… – протянул Глеб с такой интонацией, как будто конспекты он не открывал, – но Новый год, вы же понимаете! Как говорится, лучше красная морда и синий диплом, чем синяя морда и красный диплом. – Ира считала, что лучше красная морда и красный диплом.

– Да, в новогодние праздники учиться сложно, – сказал заспанный Антон.

– Признавайтесь, кто учил? – спросила Анжела.

– Ну я учила, – с вызовом ответила Женя, как бы противопоставляя себя Анжеле. На вопросы, в ответ на которые большинство что-то неуверенно мычали или прятали глаза, как бы за что-то извиняясь, Женя уверенно отвечала первой, и в ее ответе всегда был вызов или своеобразный «облом» задавшему вопрос.

В ее необычной манере говорить была определенная опора и уверенность в себе. Как будто она искала поддержку для своих знаний и находила ее в своей манере говорить.

– Мы учили, – ответила уже менее уверенно Ника. Тая и Лера тоже покивали.

– Прям первого января все проснулись и стали учить матан, – еще сомневалась Анжела.

– Вообще-то я так и сделала, – сказала Женя, опять противопоставив себя Анжеле и остальным.

– У меня прям мозги переворачиваются от всех этих формул и доказательств, – призналась Ира Олесе. – Если и дальше так пойдет, мои мозги скоро начнут закипать.

– Я не сдам… Я не умею решать… Ужас! Я вообще ничего не понимаю… Я точно не сдам, – говорила Вера нежным полушепотом, с придыханием… Она иногда произносила то ли «Эть», то ли «Ить». У нее часто было восторженное выражение глаз и легкий с придыханием полушепот.

Вера любила преуменьшать свои достоинства, чтобы окружающие убеждали ее в обратном.

Из аудитории вышел Ушанков и пригласил самых смелых идти «сдаваться». Ира на экзамен зашла в первой пятерке, чтобы не дрожать под дверью. Вместе с Настей, Женей, Таей и Вероникой.

Ушанков разложил написанные от руки билеты, потом раздал примеры.

Дома Ира сделала шпаргалки по всей теории, маленькие листочки, написанные от руки. Шпаргалки грели ей карман брюк и вносили успокоение в экзаменационный мандраж.

Но шпаргалками она не воспользовалась, все и так выучила и написала.

Ушанков ходил между рядами, заглядывал под парты, не давая списать, усиливая экзаменационное напряжение. У студентов тряслись руки, и их бросало то в жар, то в холод при приближении преподавателя. Через сорок минут Настя пошла отвечать. Ушанков посмотрел теорию, решения примеров и спросил пару определений.

– Пять! – сказала Настя, когда вышла из аудитории.