Голоса Океана

Два жаждущих тела быстро стали единым целым, глаза Кошки полыхали зеленым пламенем, она видела, что и в светлых глазах ее партнера появились алые всполохи, показывая, что миг высшего наслаждения совсем близок.

– Но больше ты не бываешь так беспечна, как в ту ночь, когда наша дочь пришла в этот мир! – посетовал мужчина, почувствовав в благодарном поцелуе женщины, последовавшим за полным слиянием, холодящее – горький вкус нектара черной орхидеи.

Этот растительный состав, в определенных пропорциях, был сильнейшим ядом, которым смазывались когти и стрелы маленьких арбалетов, когда воины выходили из Цитадели во внешний мир, а в меньшей концентрации – противозачаточным средством.

Барс знал, что капсулы с такими ядами носили в полом зубе все члены Ордена. Мужчины – одну, а женщины – две.

– Я не могу сейчас взять на себя ответственность еще за одну жизнь! – виновато прошептала его подруга. – Слишком сложна предстоящая задача, я должна думать только о тех воинах, которых веду за собой!

– Но однажды ты забудешь про горькую капсулу? – попросил Барс, нежно тронув пушистую прядь более длинных волос на виске, единственное, что могла позволить себе женщина в качестве отступления от формы.

 – Ты говорила, что став равными, мы сможем быть семьей! Сегодня я добрался до последней ступени и стал равным тебе, согласно Кодексу.

– Мы обязательно возвратимся к этой теме, когда я вернусь в Цитадель! – тихо пообещала Кошка.

 – А сейчас давай продолжим танец!

Женщина обвила ногами талию своего любовника, и тому стало не до разговоров.

– Так хорошо мне еще никогда не было! – устало выдохнул Барс, устраиваясь рядом с Кошкой на узком каменном ложе.

Кровати в кельях были такими узкими, что разместиться на ней свободно мог лишь один человек, а двое – только в обнимку или друг на друге.

– Мне тоже! – благодарно прошептала Кошка, поцеловав его в шею, туда, где бился пульс.

 – Но мне пора идти, хочу поспать пару часов перед выходом, а рядом с тобой этого, точно, не получится.

Она ловко выскользнула из его объятий, защелкнула на шее обруч мантии и, не натягивая облеган, погладила влажный валик мантии, сразу начавшую расправляться и прикрывать плечи и спину.

– Выполни, пожалуйста, то, о чем я тебя просила! – выкрикнула женщина, подбегая к окну.