Планета изменяющихся

Рамина метнула в ее сторону затравленный взгляд, коснулась лба своего внука дрожащими губами. А потом едва слышно пробормотала:

– В измененном состоянии когти Риммы ядовиты. И шип на хвосте – тоже.

Нюррсс бросила в ее сторону сердитый взгляд и желчно промолвила:

– Хорошо, что соблаговолила сказать об этом, хотя бы сейчас!

– А может быть мы, вместе, спрячемся за решеткой, ты попробуешь нанести баньши ментальный удар, и только после этого привяжем ее и введем лекарство? – с тщетной надеждой спросил менестрель.

– Я не хочу, чтобы мой удар, рикошетом, пришел в тебя и в Тимми! – покачала головой Нюррсс. – Решение принято и отступать некогда!

Леди-конунг решительным жестом положила руку на лоб мальчика, тот вздрогнул, открыл затуманенные сном глаза, и вдруг пронзительно заверещал. Рамина, с трудом, удерживала в руках бьющееся тельце. Локки, неимоверным усилием воли, заставил себя прислушаться к чувствам мальчика, и, буквально через несколько мгновений, уловил контакт с беснующимся разумом баньши.

– Бегите вовнутрь, она близко! – закричал он, заталкивая в подвал бабушку и внука.

Дальнейшие события развивались, словно в дурном сне. Менестрель вытолкнул Рамину с Тимом за решетку и едва успел обернуться, как заметил подлетающее к двери существо. Глаза баньши горели бешеной злобой, заряд ее эмоций с такой силой ударил в разум юноши, что он едва не забыл нажать на рычаг, опускающий входную дверь. Железная плита с грохотом упала вниз, и в тот же момент Нюррсс, притаившаяся рядом с дверью, прыгнула на спину баньши.

Локки показалось, что внутри низкого помещения заметался сплошной клубок когтей, зубов и оглушительного воя. Леди—конунг, определенно, обладала боевыми навыками, но она старалась не наносить смертельных ударов, ее когти оставляли только поверхностные раны, тогда как Римма разила насмерть. И ни один из ударов Нюррсс, которые свалили бы наземь крепкого мужчину, не мог справиться с измененным существом.

Схватка шла с переменным успехом, и Локки решил, что пришла пора вмешаться.

Юноша стремительно метнулся в сторону стола, выдернул один из крепежных ремней и, улучив момент, когда Нюррсс, очередной раз, оседлала баньши, кинул женщине ремень.

– Придуши ее, или она отправит тебя на тот свет! – отчаянно завопил менестрель.

Нюррсс ловко перехватила ремень и сдавила им горло баньши. Существо продолжало метаться, но через минуту глаза его закатились, и баньши осела на пол.