Паутина Темноты

– Так что же ты, все-таки, со мной тогда сделал? – я попыталась вернуть разговор в прежнее русло. – Видимо, что-то очень неординарное, раз, к такому результату привело.

– Попытался воспользоваться учением Мастера! – сообщил Док.

– Каким же образом? – Соболь выразил наше, общее, недоумение.

– Если честно, то началось все еще с Волка! – огорошил нас Кирилл.

Память услужливо напомнила, что Алекс, или Белый Волк, был направляющим нашей молодежной команды, которую мы называли «стая», и умер он определенно раньше, чем я.

И стало это следствием крайне неприятной переделки, в которую мы с ним вместе попали.

– Алекс, еще за полгода до смерти, понял, что ему не выкарабкаться – оглядев нас, с невеселой усмешкой, начал Док свой рассказ. – Мне с Мастером рассказал, а вам просил не сообщать, чтобы группа не развалилась. А может быть, в тайне, надеялся как-то справиться с болезнью. Я помогал Волку лекарствами, чтоб он от боли так сильно не мучился. А Мастер попробовал примирить его с уходом, подсовывал всякие, восточные, трактаты о перерождении души.

Алекс ими всерьез увлекся. Да, и меня они заинтересовали, особенно в свете того, что был найден тот бурятский, нетленный, лама. По своим каналам я добыл сведения о веществах, которыми лама пользовался для медитации. И потихоньку пытался экспериментировать.

Док, действительно, всегда тяготел ко всякой там, «нетрадиционной», медицине.

– Вскоре после того, как ты уехала на юг, – продолжил Кирилл, переведя взгляд на меня, – Алекс почувствовал себя совсем плохо, начал часто терять сознание, обезболивающие почти не помогали.

И уговорил меня воспроизвести один из обрядов, описанных в трактате. Он страшно переживал, что вынужден оставить вас одних, в тот тяжелый момент, поэтому цеплялся за любую возможность вернуться, чтобы помочь вам выкарабкаться из сложившейся ситуации.

Док прикрыл глаза и покачал головой, воспоминания давались ему нелегко. Как и понимание того, что наша компания покинула мир живых не без его участия.

Ну, или при попустительстве нашим врагам. И своему начальству.

– А почему ты мне об этом не рассказал? – возмутилась я.

– А о чем, собственно говоря, было рассказывать? – пожал плечами Кирилл. – Волк ушел из этого мира, во всяком случае, живым его сложно было назвать.

– Но ты и кремировать его не стал, я правильно тебя понимаю? – спросила я, уже угадывая ответ, не зря же, Волк просил нас не навещать его могилу.