Калипсо

Если бы он пролежал там дольше, от него мало что осталось бы.

Вытащить тело через узкий проход было совсем не простой задачей. Когда криминалисты в первый раз спустились в люк, крысы неохотно отошли на пару шагов в сторону. Чтобы труп не развалился, ребятам пришлось положить его в мешок и обвязать, а затем аккуратно поднять тело краном.

– Мужчина нормального телосложения, рост сто восемьдесят три сантиметра. Погибший был одет в брюки и свитер. На нем были также трусы и ботинки. Сорок четыре кроны в кармане брюк, две монеты по двадцать и четыре по одной кроне.

Каталог аукционного дома Бьерхе в заднем кармане. Ни кошелька, ни удостоверений личности.

– Аукционный каталог?

Хайссманн выудил пластиковый пакет из папки. Внутри лежал рваный листок бумаги. Страницы окрасились от жидкостей из тела.

– Я его пролистал. Журнал для аукциона, который прошел чуть больше месяца назад. Я не увидел никаких пометок, кроме одной – крестик напротив зеркала. Такое старомодное трюмо. В стиле рококо, с лепниной и всеми этими дорогими штуками.

Патологоанатом протянул пакет Андреасу и продолжил:

– В желудке и кишечнике мы нашли остатки пиццы. Сыр с ветчиной, переваренные в различной степени.

– Что это означает?

– Что он питался одним продуктом. Ел пиццу последние два-три приема пищи перед смертью.

– А причина смерти?

– Да, точно, – закивал австриец. – Пойдемте со мной.

Белые стены, облицованные плиткой, усиливали звук капающей из крана в алюминиевую раковину воды. Сладковатый запах разложения и химикалий оседал на задней стенке нёба.

Хайссманн отодвинул пленку в сторону.

– Это должно быть полезно, – сказал он и бросил взгляд на Фредрика, стоявшего по другую сторону от стола для вскрытий. Андреас держался позади.

Холод пробегал по телу Фредрика, когда мертвецы лежали вот так. Голое тело на стальном столе, обнаженный торс и ляжки, печально съежившиеся наружные половые органы. Иногда он видел трупы до того, как судмедэксперты зашили их. Разрез в форме буквы Y от плеч к животу.

И тогда он не мог не смотреть на сердце. Мышца размером со сжатый кулак, бледная и безжизненная. Сердце казалось таким холодным.

Но этот мужчина был уже зашит, его кожа приобрела цвет, приближенный к зелено-черному. Из короткостриженой головы на них смотрели пустые глазницы. Они явно свидетельствовали о том, что тут поработали падальщики. Но не это имел в виду австриец. Рядом с плечом лежала рука. Искусственная правая рука. Протез.