Калипсо

Но он был совсем не уверен в том, что они оказались здесь не ради его самого. Коллега уже успел дважды попасть в яблочко, когда Фредрик только собирался выстрелить.

Сделав глубокий вдох и опустив плечи, Фредрик сжал в руке полимерную рукоятку. Попадание. Выстрел. Попадание.

– Хорошо, – сказал Андреас и зацепил защитные очки за рубашку на груди. – Приятнее, чем трахаться, правда?

Фредрик пожал плечами.

– Может быть, ты просто спишь не с теми.

– У меня такое впечатление, что и ты тоже, – ответил Андреас.

На засыпанной гравием короткой березовой аллее, по которой они шли к вилле на Бюгдей, лежал иней. Фредрик приотстал от Андреаса и остановился. Вдыхая ничем не пахнущий ноябрьский воздух, он глядел на женщину, ожидавшую их у красного деревянного здания. На Кафу Икбаль. Она тоже смотрела на них.

Полтора года прошло с тех пор, как Кафа перешла к ним из службы безопасности полиции. Вместе они расследовали дело о бойне в общине Сульру в Маридалене. Он спас ее жизнь. Она спасла его.

Такие вещи связывают. Возникли чувства. И в какой-то момент даже он совершенно сошел с ума. Но этим чувствам не суждено было во что-то перерасти. Ни разу не прикоснувшись к ней, даже не поцеловав, он закрыл эту дверь. Потому что его дом был уже полон. Беттина и Элис с Эриком и детьми, вернувшимися из Трумсе.

Есть свои плюсы в том, когда оставляешь все как есть, а не стремишься к переменам. Всем известно, что влюбленность подобна костру. Без топлива он затухает. Он отодвинул Кафу от себя и позаботился о том, чтобы они не работали над одними и теми же делами.

Он поднимался, когда она приходила, и возвращался на место, когда уходила.

Но вот он и она оказались тут. У нее на лестнице лежал труп, которого, как она думала, звали Микаэль Морениус. У него был труп в люке, которого действительно звали Микаэль Морениус. Что еще объединяло эти дела, кроме перста судьбы, заставившего их работать вместе?

Огонь в нем все еще тлел. Он почувствовал тепло, стоя перед ней. Эта хрупкая и гибкая пакистанка с быстрым умом и острым языком.

Темные волосы лежали волной над добродушными глазами, красивые формы облегала шерстяная куртка.

– Я смотрю, ты выбросил трость?

– На самом деле, я ее потерял.

– Нужно следить за тем, что любишь, – холодно сказала она и провела его в холл.

Он заметил, что Кафа прихрамывает, но предположил, что она все же делает это не из солидарности с ним.

Холл оказался таким же, каким она описала на ориентировке.