Братство

Как и ожидал Фредрик, Андреас считал, что впускать молодую девушку-агента СБП в их маленькое болотце – плохая идея, и он, как мог, выразил свое отношение к этому. Сначала вздыхая и закатывая глаза, потом ответив на ее рукопожатие громким «шалом».

– В течение пяти лет «Свет Господень» организовала как минимум четыре тысячи выступлений. В интернет-газетах, на религиозных сайтах и различных дискуссионных форумах, – продолжал Бикфая. – Все это – грубые обвинения, оскорбления и угрозы от имени бога.

Бикфая сжимал в руке пульт, и было заметно, что, нажимая кнопку, он то слегка приседал, то выпрямлялся.

На экране появилась подборка статей.

– Кроме того, они были заядлыми демонстрантами. Посмотрите сюда.

В статьях говорилось о демонстрациях, в которых принимал участие «Свет Господень».

– И сюда.

Как по мановению волшебной палочки, все статьи превратились в цифровую пыль, кроме одной. «Христианские фанатики дерутся с мусульманами».

Это история девятилетней давности из интернет-издания «Нэттависен».

Нескольких членов общины избили после демонстрации. В тот день они, вооружившись ведрами со свиными потрохами, выкрикивали лозунги перед зданием «Джамаат-и-Ислами» и мазали двери свиной кровью.

Вероятно, этот эпизод показался Бикфаи смешным, и начальник СБП тоненько засмеялся.

– Очевидно, это и спровоцировало пару юных исламистов. Они напали с битами. Несколько человек были избиты, в том числе пострадали несколько женщин. На месте происшествия также находились дети.

Трое мужчин угодили в больницу, а двоих исламистов осудили за применение насилия.

Бикфая подошел к Кафе Икбаль почти вплотную, едва не прижимаясь к ней бедрами. Голос его стал глубже.

– Менее чем через год после столкновения с «Джамаат-и-Ислами» «Свет Господень» исчез из поля зрения общественности. Ни одного публичного выступления. Никаких демонстраций. Никаких обвинений. Мы изучили интернет-поведение общины за прошлые годы. Это было несложно.

Он заправил выбившиеся полы рубашки в облегающие брюки так, что ткань туго натянулась, выделив все скрытые под ней формы.

– И знаете почему?

Бикфая продолжил, не дожидаясь ответа.

– Потому что у них ничего нет. Ничего! Ни профилей в «Фейсбуке», ни в «Твиттере», ни даже жалкого адреса электронной почты. Занимавшая публичную позицию община ушла в никуда.

Он вернулся к экрану.

– Мы считаем, что это прямое следствие столкновения с «Джамаат-и-Ислами».