Братство

Он заломит ему руку за спину, хорошенько сожмет два его пальца и будет тянуть, пока тот не заорет от хруста в плече.

Но мужчина не направился к окну. Вместо этого он остановился, положил перед собой свернутую ткань, сел на корточки, и развернул ее. Внутри лежал коврик. Он раскрутил его, отряхнул, снял обувь и опустился на колени, оказавшись спиной к Фредрику и лицом к окошку в башне. Тихо бормоча, мужчина наклонился вперед, коснулся лбом пола, затем снова сел и еще раз повторил эти действия.

Стоило ли нападать во время молитвы? Это казалось Фредрику неправильным.

Перед его глазами возникла картина убийства пастора Альфсена, который был застрелен, стоя на коленях со сложенными в молитве руками. Case closed[24 - Дело закрыто (англ.). – Прим. пер.]. Фредрик оперся кулаками о бетонный пол и постарался подняться как можно более бесшумно, едва заметно перенося вес на ноги. Он постепенно менял положение своего тела, и этот подъем причинял ему боль. Ноги ломило от напряжения, от боли в колене у него посыпались искры из глаз, но все-таки он поднялся. Слегка оттолкнувшись от стены, он встал на ноги.

В темноте кажется, что ты один. Об этом тебе говорят твои глаза, но ты знаешь, что это не так.

Прежде чем Фредрик успел сделать первый шаг, мужчина резко обернулся, посмотрел ему прямо в глаза и бросился на него, как дикий кот. В его руке что-то блеснуло: изогнутый кинжал, огромный, как хлебный нож. Разрезая воздух, он едва не задел Фредрика. Тот едва успел беспомощно отпрыгнуть.

Здоровяк уже стоял на ногах, пока Фредрик пытался удержать равновесие. За густой подстриженной бородой нападавшего мелькнул оскал белых зубов. Взгляд противника источал ненависть.

Кинжал снова просвистел совсем рядом. Фредрик отскочил на шаг назад. Из-за широких светлых брюк и длинной до колен верхней одежды, напоминавшей тунику, нападавший явно проигрывал в подвижности, Но это не играло никакой роли. Еще один выпад – и Фредрик уперся спиной в стену. Для маневров больше не было места.

– Стоять! Полиция. Сдавайтесь.

В пустой комнате раздался голос Кафы. Человек обернулся в замешательстве, застыл на мгновение, потом развернулся к полицейским, чтобы видеть их обоих. Кафа стояла посреди комнаты в полоске света из башенного окна.

– Это мое последнее предупреждение. Сдавайтесь.

Неуверенная усмешка заиграла на губах мужчины. Как будто он хотел что-то сказать, но не успел. Фредрик, не мешкая, изо всех сил ударил его в пах.