Крест

– Я отказываюсь верить, что таггинг и убийства никак не связаны, – отозвался Фредрик. – Но кого же он предал? Эта женщина в машине – проститутка, а у заместителя директора имелась где-то партнерша или сожительница, которая пришла в ярость? Такой выстрел в пах… кто бы это ни был, он был очень зол на него.

Вскоре перед полицейскими сквозь метель показалась изогнутая стеклянная крыша Музея современного искусства Аструп-Фернли. Следователи пересекли деревянный мост, обозначавший границу между Акер Брюгге – оплотом старых яппи – и Тьювхолменом – игровой площадкой для детишек из богатых семей и выскочек.

Холодные остроугольные здания этого царства камня и стекла украшали таблички с именами адвокатов с холодным и острым умом.

В этом комплексе и жил Хенри Фальк. Кафа с Фредриком переулком прошли к престижным квартирам прямо на краю мыса, где всегда завывали ветра. Фредрик понял, что есть ещё один мотив убийства заместителя. Мотив старый как мир. Богатство. Если Хенри Фальк мог позволить себе жить тут, он, без сомнения, был состоятельным человеком.

А куда теперь улетят его деньги?

Консьержка с жемчужными серьгами в ушах поморщила тонкий нос, когда Фредрик с Кафой отряхнули с себя снег.

– Сюда уже приходил ваш коллега. Я его отослала назад, так как позвонила господину Фальку, а его дома не оказалось. Могу, конечно, попробовать снова, но…

Кафа положила шапку на стойку ресепшена, и комок снега упал консьержке на клавиатуру.

– Хенри Фалька нет на месте, – сказала Кафа с натянутой улыбкой.

 – Насколько нам известно. Нам нужен ключ от его квартиры.

Женщина так засмеялась, словно Кафа предложила ей обменяться зубными щётками.

– У нас тут так не делается, – объяснила она и бумажным платочком вытерла снег с клавиш.

– Ну, что ж. Мы всё равно попадём в его квартиру. Можем добыть постановление суда, но это займет несколько часов, а пока придется огородить ваше фойе.

Фредрик видел, что консьержка ищет способ выпутаться из ситуации. Несмотря на то, что кроме него с Кафой никого рядом не было, она наклонилась вперёд и прошептала.

– Речь идёт о преступлении?

Кафа кивнула.

– Мы – следователи из отдела по борьбе с преступностью, – сказала она и позволила хозяйке ресепшена самой сделать выводы.

– С господином Фальком что-нибудь случилось?

Фредрику уже всё это порядком надоело. Он наклонился к ней так близко, что ему в нос ударил запах ментола из её рта.

– Ему отстрелили член. Но вы должны об этом молчать.