Любовь под запретом

– Только с завтрашнего дня. На сегодня я закончил тренировку.

Странная… Радуется, что ей дают помочь, не получая ничего взамен. Что же, я не против ее «порадовать».

Алиса

Как всегда, с утра отправляюсь на кухню, чтобы попытаться изменить меню для Виктора. Арсен Багратович встречает меня с привычно недовольным лицом:

– Что тебе нужно?

– Доброе утро, Арсен Багратович! – будто не слышу грубость в его голосе. – Давайте обсудим меню для Виктора Юрьевича…

– Нечего тут обсуждать!

– Вас не волнует состояние его здоровья?

– Опять заладила! – вспыхивает он.

– Я не уйду, пока мы не договоримся… А что вы тут готовите?

С удивлением принюхиваюсь, быстро окидываю взглядом печь, стол.

Гляжу на свои записи и расцветаю:

– Вы по моему меню готовите?! Спасибо большое!

– Не меня благодари, иди к Виктору. Только мешаешься. Все, уходи!

– Все равно, спасибо!

Выскальзываю в коридор и направляюсь на поиски Виктора. Предполагаю, что он в тренажерном зале, и не ошибаюсь.

Здороваюсь. Делюсь своей радостью, а он удивляется моей реакции. Решаю не останавливаться на достигнутом, завожу разговор о тренировках. Просто замечательно, что Виктор соглашается! Напоминает о массаже. Живо отправляюсь готовить все необходимое для массажа, потом жду Виктора. А вдруг он не придет? Смотрю на часы и тут же слышу его шаги. Проходит, скидывает халат, ложится на кушетку.

Наношу масло, касаюсь его плеч:

– Вы очень напряжены. Чем вы ночью занимались?

Вопрос слетает с губ прежде, чем понимаю, насколько он неуместен.

– Убивал, – произносит холодно и поясняет, – во сне.

– Так вам снились кошмары! – выдыхаю. Меня порой смущает его манера речи. – У вас частые кошмары? Что конкретно вам снится?

Разминаю его плечи.

– Мне бы не хотелось.., – начинает с холодными нотками недовольства, но в этот момент надавливаю на болезненную точку, отчего морщится.

Вот это не дело держать себя в таком напряжении!

– А мне бы хотелось вам помочь, – говорю мягко, но настойчиво. – Все ваши болячки имеют психологические причины. Даже боль в вашем колене.

Холодно язвит:

– Много ты знаешь.

– В медицине? Побольше вашего.

– Когда ты такая зубастая стала?

– Не меняйте тему, Виктор Юрьевич.

– Можешь называть меня Виктор, когда мы наедине.

Замолкаю. Неожиданно.