Горбуны2.Сны

Да мне стыдно за тебя! Мне за тебя стыдно! Как это ты не хочешь генеральских выродков мочить? Как это ты сам разрешал себя подстрелить, чтобы не дай Бог не попасть в генеральского… Да мне за тебя уже черную метку поставили! Выродок ты, и мать тебя не от меня родила, а от того врача, с которым мне изменяла… Ну не мой ты! Не можешь ты быть моим… Как это мой? Ты проверь ДНК-тест, мой сын не может отказаться стрелять в генеральских… Только та девочка и может… Анна, по-моему! – и отец слег с холодным компрессом на лбу…

И своим потом отец говорил: – Его в перестрелки не берем! Он в генеральских даже не целится и стрелять в них отказывается…

А потом оправдывался:

– Ну не может он генеральских убивать! Ну не может он! А друг его детства, единственный друг, генеральским оказался, полицейским… И не смог он убить его… взял и не мог… опустил пистолет… такой вот он у меня… За друзей…

И снова сыну говорил: – Мы за порядок, мой мальчик… Лучше бы ты от того врача был… Хоть не так стыдно перед своими… Позор! Ты мой позор! Наградил Бог дурачком! Это про тебя, Келвин.

Мне стыдно за тебя! Мне почему-то всегда за тебя стыдно! Ты ни в одного полицейского попасть не можешь, ты хоть в меня попадешь?.. Сам под пули поставляется! Чтобы ему бок подстрелили! Это надо же! На весь мир ты меня опозорил!..

Умный американец Мэтт

Летом в американский центр приехал новый американец Мэтт. Он вел тренинги, как эффективно проходить интервью, и мне показался очень харизматичным, раздал нам свои распечатки с основными правилами интервьюирования… С новым американцем мы провели три дня тренинга… Я в него, конечно, же тут же влюбилась, как и все девушки, кто его видел и сидел на тренинге… Мэтт был среднего роста, «бочковидного типа», с кругленьким животиком на ножках, темноволосый, коротко подстриженный, с ежиком, небольшой щетиной, с плоским круглым лицом, в очках в металлической оправе с минусом, примерно минус три… У него были выцветшие голубые глаза, курносый нос и средний рот, и он был очень умным… По крайней мере таким казался.

Он сказал, что ему двадцать шесть.

В первый день он нам рассказывал правила прохождения интервью и говорил, что он получил все работы, на которых когда-либо подавал резюме. Много ли было у него в его годы работ? В тренинге участвовало не много человек – только семь… Мэтт был очень харизматичен, говорил эмоционально и воодушевляющее!

Мэтт говорил быстро.