Когда закончится метель

– Он вернется? – безразлично спросила Яна.

– Да. Я уверен. Нам нужно место, откуда будут видны дороги и на Богословку, и на Заречье.

– Мой кабинет в мезонине. Он подойдет.

Павел и Яна поднялись по узкой деревянной лестнице. Ступеньки явно не привыкли к мужскому вниманию. Они жалобно скрипели и прогибались.

– Слева кабинет директора, справа мой. Дальше по коридору маленький конференц-зал и кабинет научного сотрудника. А в самом конце дверь. Это пожарный выход.

– Так. А если преступник этой дорогой пойдет? Дверь выдержит?

– Он Карлсон? – устало спросила Яна.

– В смысле?

– В смысле у него есть моторчик, чтобы летать?

– Не понял…

– Это выход, а не вход. Лестницы там нет. Она внутри. Ключ висит рядом. Лестница выбрасывается наружу и автоматически раскладывается.

– Вот теперь понял. Вы везде срываете печати. Так можно?

– Уже все можно. Потом дадите мне справку, что наши действия были продиктованы необходимостью обеспечения сохранности музея и музейных ценностей, и были произведены представителем правоохранительных органов с соблюдением соответствующих норм и правил, установленных инструкцией по организации охраны и пожарной безопасности музея-усадьбы Фон-Барсов.

– Говорите по-помедленнее, я записываю…

– Издеваетесь? А мне не смешно. Вот кабинет. Вот окно. Какой у нас план?

– Следить за дорогой и думать.

– Думать? – изумленно спросила Яна.

– Вот именно. Думать. Нам нужно вычислить преступника здесь и сейчас.

– Зачем? Нам нужно просто продержаться до утра.

– Во-первых, мы не знаем, что он еще придумает, и сможем ли мы выдержать осаду. Возможно, он вооружен, раз прет напролом. Перцовка вообще не проблема. Во-вторых, при вашем раскладе, он может на время затаиться, а потом вернуться и завершить начатое. Нам нужно его вычислить, чтобы быть на шаг впереди.

– Вы без оружия. Почему?

– Потому что формально я уже дома, а не на дежурстве. Меня на выходе ребята подхватили.

Павел рассмеялся. Яна села в кресло, развернулась к окну. За шесть лет работы она ни разу не была в своем кабинете ночью. Метель бросала на стекла снежные вихри. Свет уличных фонарей тонул в белесом тумане. Яна хотела пить, есть и спать. Она не хотела думать.

В углу, утопающей в бумагах комнаты, Павел нашел единственный свободный стул.