Амбивалентность. P.S: Я научу тебя любить

Хотя, скорее всего, догадывался, сканируя меня хищным взглядом.

Я не могла не отметить, что это чудовище выглядело, как всегда, потрясающе: гладко выбритый, в дорогом костюме, который очень ему шел. И снова этот аромат сандала, ассоциировавшийся только с Волковым. Он не сводил с меня изумрудных глаз, пока регистратор читала стандартную речь про «и в горе, и в радости». Я же смотрела Назару за спину, мечтая, чтобы все поскорее закончилось.

На свадьбе он особо меня не трогал, не пытался поговорить, и такое положение вещей не могло не радовать.

Раздражали только крики «горько!», после которых приходилось целоваться. Я не отвечала на поцелуи, не проявляла инициативы, и Назар это видел. Когда объявили танец молодых, он психанул.

– Прекрати вести себя так, будто тебя держат в заложниках, – тихо сказал Волков, кружась со мной в вальсе.

– Почему «как будто»?

– Ты не заложница. Первичное бывает обманным. Со мной ты будешь счастлива, – процедил мой теперь уже муж.

– У каждого разные понятия о счастье, – я заметила, как Назар от злобы стиснул челюсти.

Он не любил, когда ему кто-то перечил.

После танца я смогла ускользнуть в дамскую комнату, чтобы умыться. Поспешила ополоснуть лицо холодной водой. Стоя перед зеркалом, я с опаской прислушивалась к звукам, доносившимся из коридора, боясь, что мне придется заплатить за свой гонор. Казалось, сейчас повторится ситуация с рестораном, где за плохое поведение Назар чуть не сровнял меня с землей.

Наплевав на макияж, я умылась и стерла с лица все слои тоналки.

Моя кожа и так была красива, а косметика стягивала ее подобно маске. Стоило вытащить салфетки, как дверь в туалет открылась, и внутрь зашел Глеб. Я удивленно посмотрела по сторонам, испугавшись, что нас могут заметить, и зашипела:

– Ты как сюда пробрался? За мной же хвостом телохранитель ходит.

Глеб с Алисой не пошли на «торжество», пояснив, что не собираются наблюдать, как их подругу ведут на убой. В глубине души я была этому только рада, но сейчас меня сковал шок.

– Хорошая штука, однако. Я поговорить зашел. Больше у нас возможности не будет, тебя теперь круглосуточно охраняют цепные псы, – друг помахал перед собой шокером и убрал его в карман. После этого покосился на дверь и, убедившись, что к нам никто не идет, подошел ближе.

– Глеб, он убил Ильяса! – я всхлипнула и бросилась к нему на шею.

– Что значит убил? – парень отстранился, потрясенно заглядывая мне в лицо. В его глазах читался искренний шок.