Аромат вечности. Книга первая. Колодец смерти

– Все свободны, – бросил он в толпу.

Испаряясь сквозь стены, нечисть не спеша покидала помещение.

– Останься, сын мой, – властно произнес Царь Тьмы.

Послушно склонив голову, Зверь задержался.

– Интересно, о чем со мной хочет поговорить родитель? – размышлял он.

Отец не отметил его заслуг во время своей речи, а это могло означать то, что он в чем-то перед ним провинился. Перебирая в голове последние события, он не мог вспомнить ничего предосудительного. Хороших дел он точно не делал, никого не жалел и поблажек никому не давал.

– Я чист, как сама скверна, – ухмыльнулся он.

Дожидаясь, пока все до последнего не разойдутся, он всматривался в своего отца. Плотная темнота всегда окружала того, оставляя образ недоступным даже для собственного сына. Дух Тьмы являлся самым могущественным, самым беспощадным и самым таинственным, кого Зверь знал во вселенной, а знал он многих.

– Я не отметил твоих заслуг перед всеми не из-за того, что в гневе на тебя. Я осведомлен, что трудишься ты не покладая рук.

Не хвалю тебя лишь потому, что не желаю породить зависть к тебе в кругах знати, – отвечая на мысленный вопрос сына, сказал родитель.

Зверь давно привык к тому, что отец мог проникнуть в голову всякого, будь то обыкновенный смертный или кто-либо из братии Тьмы. Однако ему это совсем не нравилось. Зверь мог заблокировать свой мозг от посягательств кого угодно, но только не отца.

– Покажи мне свой человеческий облик, которым ты пользуешься сейчас, сын мой. Я хочу видеть, правильно ли ты применяешь навыки, которые получил.

Я заплатил немалые деньги за твое образование и желаю убедиться, что сделал это не зря, – повелительным тоном произнес Царь Тьмы.

Зверь начал преобразовываться. Длинная кабанья морда втягивалась, разглаживая многочисленные складки. Дубовая кожа цвета смолы светлела, намечая человеческое лицо. Убирая клыки оскала, бугорки рогов и огненный взгляд глаз, он все больше превращался в личность. Сбросив шерсть и копыта, он последним штрихом завершил изменение.

– Что ж, твой образ мне нравится, – произнес отец, разглядывая сына.

Костюм знатного вельможи хорошо сидел на крепкой фигуре воинственной внешности молодого человека. Красота представителя сильного пола стандартов данного времени сразу выделяла его из толпы смертных.

– Ты никогда не спрашивал меня, кто твоя мать, – переходя к делу, начал разговор отец. – Я ценю это. Но сейчас пришло время, и я хочу, чтобы ты знал, кто она. Твоя мать – женщина из смертных.