Тринадцатая…

Она не стала рассказывать подруге, что намерена использовать это время для того, чтобы поближе познакомиться с Бенджамином. К тому же она планировала на пару дней наведаться на север Атланты, в Камминг, где жили ее мама, отчим и младший брат. Ко всем троим Полина испытывала самые теплые чувства и давно собиралась навестить их, но с последнего визита прошел чуть ли не целый месяц, а она так и не вырвалась. Полина чувствовала вину за то, что не сдержала обещание видеться с семьей почаще, и очень сильно соскучилась по дому.

* * *

От духоты замкнутого пространства и собственных усилий Полине стало жарко. Взмокла спина, на лбу появились капельки пота, но она по-прежнему была сконцентрирована на том, чтобы подцепить край ленты. Время перестало существовать. Секунды, минуты слились воедино, мгновенья превратились в одно целое. Вся жизнь разделилась надвое – до похищения и после. Несмотря на бесчисленное множество безуспешных попыток, Полина не падала духом. Наконец ей удалось отклеить от щеки небольшой кусочек.

Воодушевленная своим маленьким успехом, она продолжала прижимать израненную щеку к полу и сдирать ленту. Вскоре ей удалось снять почти половину. Она мысленно уже поздравляла себя с успешным ходом дела, когда автомобиль неожиданно остановился. Испугавшись, что похититель заметил ее шевеление, она замерла и притворилась бесчувственной.

Ее опасения подтвердились. Почувствовав неладное, водитель отодвинул окно грузового отсека и, перегнувшись через спинку своего сиденья, заглянул под брезент.

К счастью, уткнувшаяся носом в пол жертва не вызвала у него подозрений. Громко хмыкнув, он закрыл окно и нажал на газ. Облегченно выдохнув, Полина с новыми силами продолжила сдирать ленту и едва удержалась от победного возгласа, когда ей это наконец удалось. Она тут же вздохнула полной грудью и на мгновение почувствовала себя лучше, но наполненный вредными испарениями воздух, попав глубоко в легкие, тут же лишил ее минутного облегчения.

Тем не менее воодушевление не покинуло ее. Свободный от клейкой ленты рот означал одно: у нее появилось хоть какое-то оружие против похитителя. Оружие, которого еще минуту назад у нее не было, – ее зубы, эстетически весьма привлекательные и к тому же очень острые. Теперь она может вцепиться этими зубами ему в руку, в глотку или в какую-нибудь другую, не менее чувствительную часть тела. Откусить ухо, нос, палец, да все что угодно, лишь бы защитить себя.