Там, где бродит смерть

Потери среди писарей, вестовых, посыльных и кашеваров выглядели более внушительно, но гурманом Рандулич никогда не был и готовить пищу для своих частей поручил солдатам, которые проявили хоть какие-то кулинарные способности…

Тем временем Гайданов внимательно и даже с каким-то остервенением перелистывал документы, подготовленные аналитическим отделом внешней разведки. Он делал это так решительно, что бумажки могли порваться. У генерала с самого начала лекции вертелся на языке вопрос. Прикинув расстояние до замка от любой из авиабаз русских, он понял, что ни один аэроплан его не преодолеет.

Это окажется не под силу даже единственному имеющемуся в его распоряжении новому «Муромцу». Разведка должна была это предвидеть. «Ага, – лицо Гайданова просветлело, когда он наткнулся на ответ, – “Муромца” хотят немного покалечить и разместить в нем дополнительные топливные баки. Ну что же, способ не нов. Нагрузить судно до верху топливом – тогда оно доплывет даже до края света, если погода будет ясной. Легкий ураган такое судно сразу же перевернет. Это мы уже проходили».

– Простите, а вы не могли бы обойтись собственными силами? – спросил Рандулич.

– Собрать всех агентов и скопом навалиться на замок? У нас не хватит профессионалов. Кроме того, они находятся в менее хорошей физической форме, чем штурмовики, и главное – они ценнее.

– Благодарю, – холодно отозвался Рандулич.

– Вы позволите мне продолжить?

– Конечно.

Игнатьев докладывал о месторасположении немецких зенитных батарей, доказывая, что их можно легко обойти, а в глубине Германии противовоздушной обороны вообще нет.

Военное ведомство уже не один год собирало информацию о направлении воздушных потоков над территорией Германии. Главным образом это делалось для дирижаблей. Но теперь она очень пригодилась. Игнатьев с воодушевлением рассказывал о том, какую полезную нагрузку сможет взять «Илья Муромец», когда на нем установят дополнительные топливные баки.

Изложение плана операции заняло минут десять, после чего Игнатьев остановился, обвел взглядом присутствующих.

– Я закончил и хочу услышать ваши замечания, – сказал он.

– Авантюра! – быстро бросил Гайданов, оторвавшись от бумаг.

Голова Гайданова была начисто лишена растительности и походила на бильярдный шар, обтянутый загорелой, немного подсушенной, но еще не дошедшей до стадии ветхого пергамента кожей. Волосы не росли у него даже на щеках, над губой и на подбородке, так что он не мог похвастаться ни усами, ни бородой.