Цепкие лапы времени

Да еще и всего одной ракетой (если мучачос не врут)!»

Аргентинские летчики, как, наверное, все летчики мира, высокомерно отзывались о моряках. Тем более в их случае, когда фактически только авиация принимала на себя всю тягость войны, противостоя экспедиционной флотилии Альбиона.

Еще в самом начале кампании командующий морскими операциями Аргентины вице-адмирал X. Ломбардо, сравнивая собственные силы флота с группировкой противника, где особенно подчеркивал наличие серьезной угрозы со стороны британских атомных подводных лодок, признал бесперспективность классического морского сражения с английской эскадрой.

Потеря двух самых крупных кораблей аргентинского ВМФ – крейсера «Генерал Бельграно» и авианосца «Вейнтисинко де Майо», торпедированных именно вражескими субмаринами, – только показала правоту этих выводов.

А вот о походе «Сан-Педро», как тут называли русский тяжелый крейсер, ходили едва ли уже не легенды. К чести аргентинских ВВС, им тоже было чем похвастать.

Смуглые пилоты с гордостью рассказывали коллегам из далекой России о своих подвигах, перечисляя поврежденные и потопленные вражеские корабли.

Контакты с аргентинскими пилотами надо было налаживать, в том числе по части изучения языка, вот и находили точки соприкосновения – чисто в своей, летческой специфике: Густаво, пилот «Даггера» 3-й истребительно-штурмовой эскадрильи ВМС, выводил ладонями заход его «четверки», показывая все нюансы противозенитного маневрирования – рассказ шел об атаке на американо-ленд-лизовский «Тарава» под Юнион Джеком.

Тараторил, естественно, на испанском языке. Помогали, переводя, кубинцы.

Из рассказанного выходило, что звено Густаво (позывной «Ратин»), потеряв две машины, сумели прорваться к кораблю, поразив палубу в районе надстройки. Еще две бомбы упали под самым бортом (что впоследствии подтвердилось в британских отчетностях: «гидроудар нанес серьезные разрушения корпуса… прямые попадания не могли бы доставить нам стольких неприятностей».

) А в довесок отработала торпедой подводная лодка «Сан-Луис», но это англичане уже опровергали.

Отвлекшись, стоит сказать, что «Тарава» остался на плаву. Получил крен. Обильно подымив пожаром, сумел своим ходом убраться в английский отстойник для инвалидов в бухте острова Южная Георгия, где куковал свое «Инвинсибл»… Этот выбыл из пространства войны окончательно.