Цепкие лапы времени

Впрочем, отвлекаться от основной темы не стал, задав неприятный вопрос: – Вправе ли мы наказывать за еще не совершенное? С Шеварднадзе, по-моему, ты совсем жестко. А если вскроется?

– Врачи его смотрят, какие надо. Инфекцию никто не выявит. А от воспаления легких, если болезнь дала осложнения, порой и умирают. Ты, Константин Устинович, говоришь «жестко». Но с предателями… с явными предателями, такими, как, например, полковник Калугин или Гордиевский, с этими все понятно. А другие, которые дали слабину, которых завербовали позже? Не считать их виновными? Полагаю, что и Шеварднадзе входит в эту же когорту – достаточно того, что он неизвестно по каким причинам уступил американцам часть акватории Берингова моря.

За это уже следует…

Андропов не договорил, задышав, будто от недостатка воздуха или от негодования:

– …так попрать интересы страны. Но здесь мне видится иная подоплека. Здесь заложены мины скрытого и замедленного действия, которые и детонировали там(!) в девяносто первом году.

Вот именно поэтому я не до конца и не все доверил тому же Алиеву. Теперь мы должны смотреть на нынешних соратников по партии через знание будущего. Вот именно от этого я и строю свою паранойю, зная, как проявят себя на волне сепаратизма осевшие в своих феодальных вотчинах национальные кадры. Именно этим я объясняю свой категорический приказ: «с социальной и политической информацией от пришельцев должны работать сотрудники, исключительно принадлежащие к коренной русской национальности. Ни прибалты, ни кавказцы, ни тюрки! Ни даже украинцы.

Всякие сведения о распаде Советского Союза и образовании независимых государств из бывших республик СССР ни в коем случае не должны питать сепаратистские мечты националистов! Потому как нет никакой гарантии, что сегодняшний честный ленинец и советский человек назавтра не воскричит о нэзалэжности. Ты знаешь мои разногласия с Федорчуком по поводу русского и украинского национализма.

Но выходит, что Виталий Васильевич прав[3 - Федорчук В. В. двенадцать лет возглавлял КГБ Украины, не понаслышке знал о проблемах прогрессирующего украинского национализма.].

Почему-то разволновавшись, Юрий Владимирович и сам не замечал, что вспотевшие очки трет с излишней тщательностью, словно пытаясь добиться того идеала, что не получался в жизни.

И без того непростая внутриполитическая обстановка дополнилась новой составляющей.