Сталкер времени. Павел

За ней находилась каменная винтовая лестница, ведущая в подземелья Форта, туда, где и хранилась Сокровищница Мальтийского ордена. Освещая себе дорогу двумя факелами, Великий Магистр и Казначей спустились вниз и оказались рядом с решеткой, за которой находилось Хранилище Священных Реликвий. Палаццо снял с пояса ключ, открыл замок, и они вошли.

В центре стояли три круглых постамента из итальянского мрамора, на каждом – по золотой шкатулке. В первой хранилась частица животворящего креста, во второй десница Иоанна Крестителя, а в последней, самой большой, Священные кресты Великих Магистров.

Палаццо не стал объяснять Эммануэлю, что в золотых шкатулках, Магистр это и сам прекрасно знал. Казначей показал на пять больших сундуков, стоящих справа у стены, и грустно произнес:

– Здесь раньше хранилось золото нашего ордена, – и начал их по очереди открывать, четыре оказались абсолютно пусты, лишь в пятом, заполненном на одну треть, лежали золотые монеты, как показалось Великому Магистру, французские Луидоры.

– Там у нас хранятся… – хотел продолжить свою экскурсию Казначей, но не успел, его перебил Эммануэль и спросил:

– Что здесь? – и показал на серебряный ларец, который, похоже, очень давно не открывали, он весь был в пыли и паутине.

Палаццо с удивлением посмотрел на ларец и растерянно произнес:

– Я не знаю.

Ответ очень не понравился Великому Магистру, и он, не скрывая раздражения, сказал:

– Что значит: – «Я не знаю»? Ты Казначей ордена и должен знать все, что здесь хранится.

Магистр смахнул с ларца пыль и паутину и попытался его открыть, но тот был заперт.

– У тебя есть ключ? – спросил Палаццо Эммануэль.

– Нет, – ответил Палаццо, но здесь он вспомнил, что его предшественник говорил ему, что ключ от этого ларца всегда хранился у Великих Магистров ордена и передавался от одного к другому. Это могло спасти Казначея от гнева Магистра, и он быстро проговорил:

– Мой, господин, да, я не знаю, что в ларце, но ключ от него должен быть у тебя.

– У меня? – удивленно спросил Эммануэль.

***

Одна тысяча семьсот семьдесят пятый год. Эммануэль де Роган (тогда еще простой барон) пришел к прикованному к постели Великому Магистру ордена Франциско Хименесу. Умирающий сразу узнал его и дрожащим голосом произнес:

– Я знаю, ты скоро займешь мое место, ты самый достойный из достойнейших.