Красная Книга

Великану приходилось пробираться боком, ссутулившись и согнув колени, чтобы пролезть по тоннелю, по которому спокойно шёл худой и жилистый Лоа. Выбравшись, Нинсон оказался в новой пещере с каскадом небольших водоёмов и огромным глубоким бассейном, на дне которого жила целая колония светящихся водорослей. А из края в край над самой водой протянулась широкая осклизлая доска.

У Ингвара не возникло сомнений – нужно будет идти по скользкому мостику. Он смело пошёл вперёд.

Трусости он боялся больше смерти.

Из доски торчала костяная острога, напоминавшая древний артефакт Лоа.

Тонкая, пружинистая, с возвратной верёвкой, с петлёй для запястья и с наконечником из рога единорога.

Ингвар попытался вынуть острогу. Действовать приходилось левой рукой. Плечо дёргало под коркой запёкшейся огнёвки. Острога сидела прочно. Достав её, Ингвар увидел, что доска пробита насквозь. Представил себе Ноя, походя кинувшего оружие с такой силой.

Лоа говорил короткими предложениями, которые можно было выкрикнуть на одном дыхании.

Прокричать напарнику за одну волну или за один взмах весла.

– У меня две руны. Одна зовётся Исса. Руна льда. Руна штиля. Она медленная. И холодная.

Нинсон заметил, что под ним, в воде, шныряют сотни карпов.

– Брось руну. Захолони рыбу. Ударь острогой.

– Я ранен. Мне как раз такое движение нельзя делать.

– Правда? Серьёзная рана?

Ингвар продемонстрировал плечо, залепленное коркой побуревшей мази. Каждое движение дышало болью. Но сочувствия не дождался.

– Да мне-то ты зачем показываешь? Рыбе покажешь.

Она поймёт. Может, сжалится. Даст пропороть себе брюхо. Чтобы ты, калека, пожрал. Я не знаю, как там у вас. У сухопутных. Но здесь у нас, на глубине, рыбы не особо жалостливые. Можешь порыбачить. И с рыбой выяснить, совместимы ли твои ранения с жизнью или нет.

– Совместимы, только вот…

– Не мне, – остановил его Лоа. – Ссы в уши рыбе.

С этого момента Ингвар больше не ныл вслух. Только про себя. И то без вдохновения – скорее, по инерции.

Улыбаешься – значит, не сломали.

– Можно начинать?

Ингвар ухмыльнулся и перехватил оружие. Петлю он надел на левое запястье. Бросать тоже собрался левой, правой лишь направляя острогу.

– Погоди, погоди, погоди, – совсем по-стариковски сказал Ной. – Сейчас часы налажу.

Он сдвинул камень, и в стене открылась ниша. Там рядком висели большие клепсидры. В быту такие здоровенные не использовались, а вот на кораблях, в залах суда или на состязаниях атлетов применялись.