Красная Книга

Точно такая же осталась в реальном мире, на соломенном тюфяке.

– Тульпа, я могу здесь завалиться спать?

– Можешь.

– А что будет там? – Ингвар указал на непроницаемую кулису реального мира.

– Там ты будешь сидеть напротив стенки с закрытыми глазами. Так же, как сидишь сейчас. Там прошла всего минута. Я уверена, что тебе нужно будет лечь и поспать. И только потом возвращаться в реальный мир. Прямо настоятельно рекомендую отдохнуть.

– Получается, я беззащитен, пока здесь.

– Ну… До какой-то степени.

Как сильно задумавшийся человек. Наверное, всё же, как спящий человек. Так что ты проснёшься, если станет холодно или жарко, или услышишь громкий звук. Но, так же, как и для сна, лучше выбирать местечко поуютнее.

– Я всегда смогу так делать?

– Когда научишься. Это вид транса. Очень-очень глубокого. Сейчас ты принял много лекарств. И я потратила много сил, чтобы тебе помочь. Без меня всё это, конечно, будет выглядеть не так красочно.

– Без тебя всё будет не так красочно.

А ты могла бы не исчезать, когда всё закончится?

Видно было, что она уже собиралась произнести хлёсткое односложное слово, но в последний момент увернулась от прямого ответа:

– Давай сначала доживём.

– Ладно. Ты побудешь?

– Рядом? Я останусь с тобой. Прямо за дверью. Всегда сможешь меня позвать.

– А можно сначала посмотреть другие комнаты?

– Можно, – улыбнулась Тульпа. – Здесь же ты хозяин, а я гостья.

«Гостья. Как же», – с неожиданной злостью подумал Нинсон и был рад, что женщина не видела его лица.

За другой дверью оказалась ванная комната. Самое светлое помещение, которое Нинсон видел в жизни. Во всяком случае, так казалось после темницы в чёрной скале. Пол, стены, потолок – всё было выложено плитками из шафранно-жёлтого песчаника. Свет исходил из колонны в центре. Из огромного столба, сложенного из дорогой тёмно-красной соли. Он наполнял воздух специфическим запахом и живым рыжим светом, который одновременно усиливался и смягчался благодаря цвету стен.

Ингвар положил ладонь на колонну. Тёплая.

У противоположной стены латрина – отверстие в каменной полке. Ингвар уже видел такое в столичных банях. В другом углу что-то вроде летнего душа. Пол шёл под ощутимым углом к сливу. А потолок усеивали маленькие отверстия. Ровные ряды полок вдоль стен. Большой перевитой тритонов рог служил мыльницей. Остальное пространство полок загромождали склянки с прозрачными жидкостями.