Эпохи холст – багряной кистью

Непонятность в эволюциях противника с предполагаемым сокращением дистанции могла привести к непредсказуемой свалке!

В голове сложилась, мигом задвигалась воображаемая картина: на морской глади серыми фигурами корабли… свои, чужие! Кто? Куда? Повороты, уклонения – «последовательным», «все вдруг», вразнобой! А в итоге… неразбериха!

Ближний бой! То, чего он опасался, чего категорически требовалось избежать. Потому как беспорядок только на руку противнику! Потому что лёгкие силы русских – миноносцы в оперативной близости, буквально под рукой, в то время как его…

Особенно когда вот-вот упадут сумерки… и ночь.

Ночь ещё не упала. Упала капля, Хэйхатиро почему-то сразу понял – дождя, холодом пробежав по щеке.

Вскинул голову, оглядел по горизонту – совсем незаметно вместе с потемневшим востоком небо затянуло дождливыми тучами.

«Ночь упадёт быстро», – эта мысль несла оправдание, намекала на несостоятельность продолжения артиллерийского боя в клинче… чреватого – и не решился!

Приказа на обострение курса, на сближение не последовало.

Японская колонна продолжала следовать по широкой дуге, садя из всего доступного, пока вражеские порядки находились в разладе и смятении.

Однако эта идиллия избиения длилась недолго… Минуты три, пять…

Вдруг «головной» «Ретвизан» резко повернул на зюйд-ост и, быстро набирая ход, пошёл наперерез, прямо в траверс японскому строю. Тем самым отвлекая, принимая огонь на себя.

«Словно смертник!» – Того снова не замечал боли в раненой руке, вкогтившись в бинокль.

Этот самоотверженный бросок «Ретвизана» лишь прибавил уверенности в правильности решения – держаться от противника на дистанции.

Адмирал не сомневался, что одинокий корабль против всего его отряда практически обречён. Надолго ли его хватит?

Тем не менее «русский» шёл сквозь вздымающиеся водяные столбы будто неуязвимый, подняв большой бурун у форштевня, на полных оборотах вываливая из труб густые клубы дыма, провоцируя, вызывая тревогу угрозой тарана – его траектория пересекалась с хвостом колонны, всё с теми же крейсерами.

Встречный огонь «Якумо» был бешеным, но по результатам совершенно беспорядочным. По «русскому» бил ещё «Сикисима», но так хорошо заметные шимозные фугасы обходили смельчака стороной – японские комендоры в быстросменяемой дистанции не успевали прицелиться, навестись, вовремя произвести выстрел!

– До него двенадцать с половиной! – каркает голос с дальномера, повышая тональность.