Маркус и золотая чаша. Сказочная повесть

 – А ты хотела бы быть принцессой, как в твоих книжках?

Сестра улыбнулась так широко, как умела только она: глаза её при этом стали узенькими и заблестели.

– Принцесса – это очень здорово! – крикнула она так громко, чтобы я точно её расслышал. – Я бы смогла.

– А хочешь, ты будешь похищенной принцессой? – начал я фантазировать.

– Как это? – мы все качнулись, и сестра схватила меня за рукав.

– Вот представь: приезжаем мы сейчас на рынок, находим Фёдора Ивановича. Ты же помнишь, что он пират? А зачем ты ему вдруг стала нужна? Он тебя хочет похитить и потребовать выкуп!

Ирка насторожилась.

Мне самому стало интересно, и останавливаться я уже не хотел.

– Что может потребовать пират? Наверное, ему нужны деньги! Да, Ирочка, деньги!

– Нет, – покачала головой сестра. – Ему нужна чашка!

– Зачем Фёдору Михайловичу чашка? Он про неё вообще не знает.

– Она волшебная…

– А мы её с тобой потеряли… – вспомнил я.

– Нет, я не трогала. Это ты! – Ирка ткнула меня в живот рукой в варежке.

И когда я открыл рот, чтобы сказать сестре что-нибудь в свою защиту, бабушка схватила нас обоих за плечи и потащила к выходу.

– Наша, «Удельная», – сказала она, – вперёд! И быстренько-быстренько, а то душно очень.

Несколько сотен шагов – и вы на улице. Проверить – не растеряли ли варежки, перчатки и шарфы, ещё раз укутаться и идти дальше.

Свежий, слегка морозный воздух, на асфальте – первый снег, над головой – тяжёлые облака. Наш город прекрасен в любую погоду, всегда любим и загадочен, если у тебя в сердце – небольшая тайна, которой так хочется, но нельзя поделиться с этим миром.

А когда ты приезжаешь сюда, на блошиный рынок, где на каждом прилавке – частичка волшебства в виде старинной монеты или брошки, и ты никогда не знаешь, какое сокровище найдёшь в этом бесконечном царстве старьёвщиков, всё становится на свои места: тайна уже вроде и не тайна, потому что её совершенно спокойно можно рассказать да вот хоть той бабулечке в тяжёлом сером платке, или вот старичку в телогрейке, или даже тому взъерошенному дядьке, который выше нашего папы и похож на Фёдора Ивановича…

– Он! – схватился я за бабушку.

 – Пират!

Бабушка вроде как улыбнулась, но сразу же строго-строго посмотрела на нас с Иркой.

– Так, милые мои, ведём себя тихо и прилично. Я не собираюсь здесь долго задерживаться. Вы извиняетесь, и мы сразу едем домой. Договорились?

Мы послушно кивнули.

Боцман Фёдор Иванович был угрюм, смотрел исподлобья и шевелил бородой.