Два путника в ночи

Их разделяла хрупкая деревянная решетка, увитая темно-зелеными плетями-ветками с мелкими белыми розами. Впервые у Риммы была возможность рассмотреть эту женщину вблизи. Старуха, конечно, выглядела много моложе своих лет. Красивая баба, этого у нее не отнять. Смуглая, черноглазая, породистая. «Настоящая ведьма», – думает Римма мстительно. В свое время она вытянула из Игорька признание, что Старухе уже… много. За пятьдесят! Когда Людмила позвонила ей и сказала, что видела Игорька с шикарной бабой и по ним было видно, что это не случайное знакомство, Римма устроила ему дикий бенц.

Было это через три месяца после Индии. Они встречались тогда каждый день, с трудом выдерживая несколько часов разлуки. Она не очень обеспокоилась, услышав об этой женщине: во-первых, старая, а во-вторых, Римма знала, что Игорек сходит по ней с ума. Он звонил ей каждую минуту, беспокоился, когда она исчезала даже ненадолго, ревновал к клиентам, художникам и просто знакомым.

Вечерами она с нетерпением поглядывала на часы.

Он врывался, холодный с мороза, соскучившийся и такой родной! Подхватывал ее на руки, кружил по комнате и кричал:

– О, Рим великий и могучий! Жалкий раб явился припасть к твоим стопам и помереть на месте!

Они, мешая друг дружке и толкаясь, готовили ужин и долго сидели за столом, болтая и дурачась. Потом смотрели кино – что-нибудь «культовое», раздобытое Игорем у высоколобых друзей. Римма сидела в своем любимом кресле, а Игорь – на полу, прижимаясь щекой к ее коленям. Он гладил ее ноги, а потом начинал целовать их… Губы у него были теплые, и ей было щекотно.

Она отталкивала его, а он стаскивал ее на пол. Она отбивалась, хохоча…

– Как Станислав? – донеслось до нее, и Римма вернулась в реальность.

– Нормально, – ответил Игорь. – По-прежнему.

– А жена после Нового года больше не приезжала?

– Не было.

«Кто такой Станислав? – думает Римма. – Брат, кажется».

Игорь как-то сказал, что у него есть старший брат, который болен, почти не встает. Она спросила, что с ним, но Игорь ушел от ответа.

Старуха знает о Станиславе, значит, они достаточно близки.

– Приятельница пишет, что у них объявился новый экстрасенс. – Голос у Старухи низкий и самоуверенный. Римме видна ее худая рука, длинные пальцы унизаны кольцами. – Говорят, чудеса делает, – продолжает Старуха, – безнадежных поднимает. Давай попробуем?

– Давай. Но, знаешь, Лидусь, я не особенно им верю. Шарлатаны они все.

«Лидусь»? Римму обдало жаром.