Хищная птица-любовь

 – На пару дней в январе? Обещают морозы. Митрич, хочешь с нами?

– Ну… в принципе я не против. А ночевать где?

– На улице, у костра. Там есть развалюха, но внутри я бы не рискнул, может в любой момент рухнуть. Навалит снега на крышу, она и того. А у костра романтика! Звезды, северное сияние…

– Разве у нас есть северное сияние?

– Митрич, может, оно не северное, но что-то было! – сказал капитан. – Лично видел. Федор пошел первым, а мы с Савелием заблудились. Вот тут-то оно и полыхнуло! Зеленым, вполнеба! И что самое интересное – в городе никто ни сном ни духом.

Помнишь, Савелий? Я даже сфоткал на телефон, правда, ни фига не разобрать. Никто не верит.

– А рыбу там можно ловить?

– Можно! Только там отродясь никто ничего не поймал. Сидят для нервов и расслабухи. Мы с собой берем. А что, господа? Почему бы нам и в самом деле, а? Жизнь коротка, надо хватать, что можешь! Давайте на Рождество!

Они еще долго обсуждали план вылазки на природу, кто что берет с собой и за что отвечает – главное, чтобы хватило.

– А если не будет снега? – спрашивал осторожный и сомневающийся Савелий.

– Как это не будет? – отвечал капитан. – Хоть раз за всю зиму должен выпасть, вот тогда и рванем. Как Федя говорит, хватай… что там нужно хватать? Как древние греки говорили.

– Карпе дием, – подсказал Федор. – Хватай день! Римляне, а не греки.

– Точно. Так что, тебе, Савелий, чистый резон сменять ботинки на палатку.

И так далее, и тому подобное.

Они хорошо сидели. И что самое примечательное, ни разу не дернулся капитанов мобильный телефон, не позвал его ни на убийство, ни на ограбление банка!

Глава 4. А что дальше?

Память, это бич небесный,

Память, это окрик судный

Для не веривших в Судьбу,

Лик Владельца дней заемных,

Вид улик в игре бесчестной…

    К. Бальмонт. Память

Поль переступила порог квартиры, заперла дверь и, не раздеваясь, присела на край тумбочки. Расстегнула шубку, стащила шарфик да так и застыла, держа его в руке.

Она совершенно забыла, что должна подойти к окну и помахать Глебу – такой у них ритуал, когда она ночует у себя: все, мол, в порядке, я дома. Повернув голову, она увидела себя в зеркале и не узнала – оттуда на нее смотрела чужая женщина, угрюмая, растерянная, несчастная. Она поправила волосы, выпятила губы, приподняла бровь… Ну же! Приди в себя! Или сделай вид, ты же актриса! Держишь паузу и делаешь лицо.