Ошибка Бога Времени

 – А я смотрел на тебя издали и думал: что я должен сделать, чтобы она меня заметила? Убить дракона и положить к ее ногам? Спеть серенаду? Пленить коварного сарацина?

– Не нужно убивать дракона, – ответила удивленная Юлия. В ее понятии представитель незатраханного идеологией поколения должен говорить иначе. – Их и так почти не осталось. Пусть живет. И сарацина не надо. Что такое сарацин? Араб?

– Арабы-бедуины, восточные люди.

– Откуда ты знаешь?

– Читал когда-то. Считалось, что каждый рыцарь-крестоносец должен был убить сарацина во славу Господню, хотя бы одного.

И у Вальтера Скотта тоже упоминаются сарацины…

– Неужели его еще читают? – Она хотела сказать: неужели его читает молодое поколение, но вовремя прикусила язык.

– Сейчас я тебе открою страшную тайну, – прошептал ей в ухо Алекс. – Только ты никому! Поклянись!

– Клянусь!

– Ты же ничего обо мне не знаешь! Я полтора года работал чтецом, читал разные книги одному старичку, который уже не мог читать сам. Ему было девяносто шесть лет, он был театральный режиссер в прошлом, и у него была светлая голова.

А читать он не мог, потому что был почти слеп. Он мне многое дал, но одну вещь, самую главную, я понял сам: я не хочу доживать до ста лет! И заключил с собой сделку – лучше уйти раньше, чем позже. У него не осталось даже детей – все умерли от старости. А он все жил. Он говорил, что смерть забыла о нем, что он давно готов к переходу, что история человечества знает людей, которые живут по несколько сотен лет, но это тайное знание. Это очень несчастные люди, потому что они все время теряют родных и друзей, а заводить новых у них уже нет сил. Так и тащатся через века, ожидая развязки. И переезжают с места на место, чтобы досужие люди ничего не заподозрили.

– Какая необыкновенно интересная история! Я тоже не хочу жить до ста лет.

– Мы будем жить долго – не до ста лет, конечно, – и умрем в один день, как Филемон и Бавкида.

Юлия вздохнула. Женька однажды сказал ей, что они будут жить долго и умрут в один день…

– Кто такие Филемон и… – она запнулась.

– …Бавкида. Это были муж и жена, про них написал Овидий[3 - Публий Овидий Назон – древнеримский поэт. Здесь помещен отрывок из его «Книги любви». Пер. А.А. Фета.] в своей «Книге любви». Однажды Юпитер, который бродил в мире людей… Знаешь, те, старые боги иногда спускались в наш мир и жили как простые смертные, – попросился в одном городе на ночлег, но ему все отказали, и только Филемон и Бавкида приняли как родного.