Пропасть смотрит в тебя

Вспомнил удар в лицо, разбивший ему бровь – теперь синяк на неделю, придется прикрыть очками; как отбросил тех двоих и обрабатывал главного – лупил, не помня себя. А потом появилась она… Лина! Ее зовут Лина… кажется. Появилась ниоткуда и спросила: «Обязательно драться?» Он честно ответил, что нет, просто душа просила… «об дать кому-нибудь по морде», как называет это состояние начитанный Алик Дрючин. Просила – и допросилась. «Легче стало?» – спросил он себя. И ответил: «Однозначно!» Любимое словечко адвоката. Однозначно стало легче.

Дрючин там сходит с ума… надо позвонить.

Он заметил на журнальном столике листок из блокнота и карандаш; там было всего несколько слов: «Будете уходить, захлопните дверь. Кофе на кухне».

Шибаев постоял с листком в руке, постарался вспомнить ее лицо и не смог, зато вспомнил смех… Она засмеялась, почему – он тоже не помнил. Что смешного? Окровавленная физиономия, пьяный в дымину… Сколько он принял? Пять, шесть доз? Потому и полез… на сцену. Странная девушка. Притащить в дом незнакомого нетрезвого мужика в крови… это, знаете ли, большая глупость! Мягко выражаясь.

Он вспомнил, как она сказала что-то про риск… Ангел-хранитель! У меня ангел-хранитель! И еще: «А вы любите рисковать?» Или как-то так… Оставила незнакомого мужика с разбитой физиономией в квартире… Дурочка! Ничему их жизнь не учит.

Он увидел большую фотографию на стене: немолодая женщина и девушка… Она! Подошел ближе. Пожилая, видимо, мать, они похожи. Лина! Он вытащил из кармана мобильный телефон и сделал несколько снимков… на всякий случай.

Обошел квартиру – тоже на всякий случай. Открыл дверь в спальню; заглянул на кухню, увидел на столе чашку, банку с кофе, стакан с водой и большую белую таблетку на салфетке. Приглашение, никак? Открыл холодильник – там было пусто. Конечно! Диета, листики… знаем!

На табурете лежала старая мужская куртка – похоже, для него. Он взглянул на окно, и ему показалось, что там пролетают снежинки…

Он нашел ванную, рассмотрел себя в зеркало.

Синяк под правым глазом, разбитая бровь, распухшая верхняя губа… ну и рожа!

Кофе пить Шибаев не стал. Поколебавшись, бросил таблетку в воду – там зашипело. Морщась и ощущая колючки в горле, он залпом выпил бурлящую жидкость и резко выдохнул. Вернулся в гостиную, аккуратно сложил плед; нацарапал карандашом на том же листке после ее строчки: «Спасибо!» Ниже номер своего мобильного… на всякий случай.

И ушел.

* * *

…У Сабуровых снова скандал.