Среди восковых фигур

Говорит, все было нормально, никаких предпосылок, он с головой ушел в работу, всегда был трудоголиком, сидел в кабинете допоздна в отличие от Буракова, у которого жена и трое детей. Он уверен, что никакой женщины не было. Если даже и была, то это несерьезно, иначе он бы знал. Очень удивился, о какой женщине речь. Утверждает, что у них секретов друг от друга не было. Да, Кротов был скрытным, все держал в себе, но иногда делился, потому что доверял. Он лично пытался подсунуть Кротову подружек жены, но тот не велся и только вкалывал.

Правда, продолжал пить, но умеренно. Экономка у него много лет, смотрела за ним, как за малым ребенком.

– Кто наследник? – спросил Федор.

– Бизнес отходит Буракову, а все остальное разным благотворительным фондам и детскому дому, где он вырос. Он детдомовский. Точно он не знает, нужно смотреть завещание. Вроде разговоры были, но давно. Родных у Кротова нет. Приличные бабки, около четырех объектов недвижимости, коллекции картин и монет… Вместе набегает нехило.

Они помолчали.

Митрич прикатил дребезжащую тележку с бутербродами и литровыми кружками пива. Лицо у него было расстроенным.

– Ребята, это правда, что Кротов застрелился?

– Наглотался снотворного и не проснулся, – сообщил Савелий. – Вчера вечером или ночью.

– Господи! – ахнул Митрич. – Неужели такая любовь? Или случайно?

Ему никто не ответил. Вздыхая, Митрич стал разгружать тележку.

– Она должна прийти на похороны! – вдруг сказал Савелий. – Не может не прийти… Когда его хоронят? Надо дать объявление в «Лошади».

Мы все пойдем!

– Мамочка сказала, что ее тоже убили, – сказал Митрич. – Ищи, кому выгодно.

– Мы даже не уверены, что она была, – заметил Федор. – Никаких следов.

– Как это? До сих пор ничего не нашли? – поразился Митрич. – Если ее убили, то надо проверить все убийства за последнее время…

– Зачем ее убивать? – спросил Савелий. – Правда, он мог убить ее случайно…

– Кто? – не понял Митрич.

– Кротов! Случайно убил, а потом покончил с собой.

– А куда он в таком случае дел труп?

– Куда дел труп? Туда! – рявкнул капитан.

 – Может, хватит? И так голова пухнет!

Наступило молчание. Митрич закончил разгружать тележку и со скрипом ретировался.

– А может, это идеальное убийство… – сказал Савелий. – Федя рассказывал. А если ее убили…

– Никто никого не убивал. – Коля уже остыл и чувствовал неловкость за свою вспышку. – Все живы. Кроме Кротова…

– Коля, как выглядела его жена? – вдруг спросил Федор.