Стеклянные куклы

Ослепительное каменное ядро висело над Землей, освещая, колдуя и пробуждая черт знает какие глубинные инстинкты и желания. Посылая озарения. И все спокон веку это знали – и маги, и поэты, и психологи…

Федор вернулся за письменный стол. Потянулся за ручкой. Положил перед собой чистый лист и включил компьютер…

Его догадка… озарение! оказалось верным. Двадцать девятого августа было суперлуние; четвертого мая – новолуние; пятого января – полнолуние. Таким образом, точная дата исчезновения Евгении Абрамовой укладывалась в логический ряд: пятое января.

Скорее всего. Гипотетически, разумеется, так как всегда существует возможность просчета.

Схема? Похоже, схема. Таких совпадений не бывает. Или бывают, но редко.

Федор взялся за фотографии пропавших девушек из Колиной папки, выписал даты. Проверил. Только в одном случае дата исчезновения соответствовала «лунной схеме». Бинго!

Четвертой девушкой оказалась Маргарита Свириденко, медсестра из стоматологической поликлиники, пропавшая девятого сентября прошлого года в суперлуние.

Он сравнивал девушку с последней безымянной куклой, снова рассматривал фотографии с лупой, раздумывая, до чего же легко изменить внешность человека до неузнаваемости и до чего же легко человеку исчезнуть и раствориться без следа. Он вспомнил рассказ Чапека об исчезнувшем великом артисте: тот, вживаясь в роль, вышел из дома в гриме и в платье нищего, и его сбила машина. И никто никогда не догадался…

В конце концов ему показалось, что он уловил сходство…

Федор не выдержал и набрал Савелия.

Ему нужен был слушатель. После пятнадцатого сигнала он услышал испуганный голос друга:

– Что? Федя, что случилось?

– Савелий, я нашел четвертую девушку!

– Четвертую… Ага… Какую девушку? – забормотал Савелий.

– Четвертую «стеклянную куколку».

– Нашел? – Савелий наконец проснулся. – Как нашел?

– Очень просто. Выйди на балкон!

– Куда? На балкон? Федя, ты… только не переживай, все образуется… Хочешь, я приеду? – лепетал перепуганный окончательно Савелий, вообразивший себе бог весть что.

Он никогда не понимал и не одобрял ночных бдений Федора.

– Савелий, я в порядке. Выйди на балкон!

– Ладно, ладно, Федя, ты только не волнуйся, я иду!

Савелий поспешил на балкон. Он отдернул штору, распахнул дверь и замер, пораженный видом громадной сияющей луны, висевшей прямо над его балконом.

– Видишь? – спросил Федор.

– Вижу! Луна.