Тринадцать ведьм

Слабо улыбаясь, она рассматривала платье женщины, ее прическу, мужчину с глупой приклеенной улыбкой, радостного Деда Мороза с посохом, Снегурочку в пышном белом паричке.

Рядом с ней остановился крупный мужчина в распахнутой дубленке. Женщина увидела его отражение в стекле витрины и отодвинулась.

– Ида, ты? – вдруг сказал мужчина. – Сколько лет, сколько зим!

Женщина оглянулась.

– Андрей! Я думала, ты уехал.

Мужчина – это был Андрей Шепель – прижал ее к себе, поцеловал руку, потом в щеку.

– Как видишь, все еще в городе.

Как ты? Как Толя? Как вы, ребята? Выглядишь прекрасно, такая же красавица.

– Да ладно тебе… Ты тоже!

– Идочка, пошли посидим где-нибудь. Поговорим. Не спешишь?

– С удовольствием, Андрюша. Не спешу.

Они устроились за столиком в углу маленького полупустого кафе с видом на фонтан, где неторопливо ворочались медленные красно-золотые рыбины. Назвать их рыбками не поворачивался язык, любой хватило бы на приличный обед.

– Смотри, какие громадные рыбы, – заметила Ида. – Рыбищи! Интересно, они настоящие или выведенные искусственно?

– Да они вообще ненастоящие, из пластика.

Разве природа способна создать такой китч! – сказал Шепель. – Смотри, даже не шевелятся, наверное, батарейки сели.

– Из пластика? – Ида на минуту растерялась, не зная, как расценить его слова. Она даже привстала, рассматривая рыб. – Они живые! Смотри, вон та, здоровая, рот открыла, дышит!

Шепель рассмеялся, грубое его лицо стало мягче.

– Действительно, живая. Ты что будешь, Идочка? Кофе? Чай? Рыбу здесь не подают, наверное.

Ида тоже рассмеялась.

– Точно не подают. Мне кофе.

– Ты как? – спросил Шепель, с улыбкой рассматривая ее. – Выглядишь прекрасно, похудела… да? Вы, девушки, по-моему, слишком увлекаетесь диетами. Запомни, от них портится характер. Женщина, сидящая на диете, вечно недовольна, ворчит и думает о куске жареного мяса.

Ида снова рассмеялась.

– Я нормально, на диете не сижу, о куске жареного мяса не думаю. А ты как? Как следствие?

– Следствие зависло.

Никого не нашли. Меня вызывали несколько раз, а теперь тишина.

Они помолчали. Ида, опустив глаза, помешивала в чашке крошечной ложечкой.

– Ты кого-нибудь видишь? – спросил Шепель.

– Никого. Как-то звонила Тамара Сотник, еще летом. Спрашивала, как дела, предложила встретиться…

– Но ты отказалась, так?

– Но я отказалась. Я всегда ее побаивалась, у нее неприятный взгляд. Да и вообще…

– Ни с кем из нас тебе встречаться не хочется, – закончил он.