Яд персидской сирени

Кстати, это он разбирался со следователями, передавал деньги кому надо, а потом нашел Татке подходящую лечебницу. Сам отвез. Паша настоял, чтобы перевести его на новую должность, представительскую, хорошо платил, но не давал ходу. Дядя Витя у нас как английская королева.

– Пашка прав, Лобан пустое место, да еще и бабки тянет. Я тут присмотрел одного паренька, на случай, если будем расширяться: хороший диплом, стажировка за кордоном. А этого старого козла нужно гнать, только место занимает.

– Мама заставила нас пообещать, что он останется.

Мы тогда были уже женаты, и Паша взял бизнес в свои руки. Паша обещал.

– Жалко денег.

– Да уж. А с другой стороны, черт с ними, с деньгами. Он был маминым верным псом, возможно, ей было легко с ним. Дядя Витя не проблема, у нас другая головная боль. Ума не приложу, что теперь делать, голова кругом.

– Пробьемся, бывает хуже. Послушай, ведь их уже нет…

– Кого нет?

– Нет ни твоей мамы, ни Пашки. Я бы уволил Лобана. Старый дурак корчит из себя хозяина, отменил на днях мое распоряжение, лезет всюду.

С хорошим выходным пособием, с банкетом… хрен с ним! Можно медаль повесить. Подумай.

– Подумаю. Сейчас не время. Парень хоть приличный?

– Парень нормальный, говорю же, диплом, стажировка. Я присмотрю вначале, введу в курс.

– Нам главное не потонуть, удержаться на плаву.

– Удержимся.

– Обещаешь?

– Стопудово. Все проходит, как сказал мудрец. Пройдет и это. Найдешь ей закрытое заведение, соберешь справки, отправишь по этапу.

Заплатишь сколько потребуют. Это все фигня, поверь. Деньги очень облегчают бытие. Только сначала пусть подпишет дарственную. Кстати, ее мать не объявлялась?

– Я же говорила – ни разу! У таких, как она, ни детей, ни семьи. Однодневки. Удивительно, что отец купился. Знаешь, она дважды пыталась покончить с собой… там. Едва откачали. Татка…

– Возможно, это было бы лучше для нее.

– Для всех.

– Для всех. А как Пашка относился к Татке?

– Никак. Не помню. Сколько ей было… семнадцать? Соплячка! Спрашивал иногда, даже собирался навестить, я говорила: да-да, конечно, как-нибудь съездим, ее мама навещает.

Ему было все равно, он был счастлив, что получил в руки компанию, пропадал на работе днем и ночью, сам знаешь. – Она помолчала, потом сказала: – Нелепо как-то все получилось…

– Нелепо. Но жизнь все равно продолжается. Помни, мы вместе. Иди ко мне!

– Проклятая сирень, у меня на нее аллергия, – пробормотала Вера.