Яд персидской сирени

Выползали, шатаясь, цеплялись за стены, их потом местные отпаивали молоком.

– Может, ядовитые испарения? – заинтересовался Монах.

– Проверяли! Ничего, все чисто.

– А что они видели?

– В смысле?

– Что вызывает страх?

– Никто ничего точно не помнит, вроде двигались в глубине пещеры какие-то тени и шелест вроде как шагов или шепот, но на пленке ничего.

– Летучие мыши, – сказал Монах.

– Нет там никаких мышей!

– А что же тогда? – спросил Митрич.

– Чертовщина какая-то.

Местные говорят, там живут духи земли, они в эти пещеры ни за какие коврижки не сунутся. С моей точки зрения, лучшего места для ангара просто не найти.

– Радиостанция для связи с кораблем-маткой на орбите, – поддакнул Митрич. – Скайп какой-нибудь межгалактический, а чего!

– Корабль на орбите? А почему его не засекли?

– А он невидимый. Запросто! Или даже связь с их планетой.

– А ты – в пампасы, – подхватил Добродеев. – Давайте, ребята, лучше в Ладанку! Митрич, ты тоже, на пару деньков.

Если повезет, найдем следы присутствия, ты же волхв, Христофорыч. Твои предки держали с ними контакт и получали знания. Митрич, ты как? Сможешь оторваться?

– Э-э-э-ва! – вдруг невнятно выговорил Митрич, смотря поверх их голов, протянув туда же руку, тыча пальцем. Выражение лица у него было самое странное. – Гос-с-споди! Что это?

Монах и Добродеев живо обернулись…

Глава 9. Дома

Татка приоткрыла дверь своей комнаты. Дядя Витя остановился.

Глаза их встретились.

– Татьянка? – воскликнул дядя Витя. – Ты уже дома, девочка?

Он подошел к двери, протянул руку, словно желая дотронуться до нее. Татка отпрянула.

– Дай-ка я посмотрю на тебя! Повзрослела, изменилась, не узнать. – Он с любопытством рассматривал ее, приятно улыбался. – Как ты себя чувствуешь? Ты меня помнишь?

Татка кивнула. Она отступила в глубь комнаты и попыталась закрыть дверь. Но дядя Витя не позволил, вставил ногу.

– Ты что, боишься меня? А ведь мы были друзьями, я очень много для тебя сделал.

Если бы не я, неизвестно, что с тобой было бы. Я дружил с твоим отцом, я знал твою маму. Мы были друзьями, – повторил он. – Помнишь?

Татка стояла с опущенной головой, и было непонятно, слышит она дядю Витю или нет.

– Ты насовсем домой? Или в отпуск? Я часто думал о тебе, где, думаю, наша Татьянка? Спрашивал у Тамарочки, помнишь Тамарочку? Она заменила тебе маму.