Эликсир для Потрошителя

Теперь врагиня быстро вошла в палату, и, не обращая внимания на вспыхнувшего полуголого Михаила, сказала куда-то в пространство:

– Сегодня основные процедуры мы проделаем чуть раньше. Одевайтесь.

– А в чем дело? – Алена решила повыступать. – Вы решили нарушить график, так хоть бы не вламывались без стука!

– Я стучала. – Лидия гордо вскинула голову, красиво тряхнув длинными локонами. – Вы просто были слишком заняты, и не услышали!

– Да, мы были заняты! – пошла вразнос Алена. – И вы могли извиниться и выйти из комнаты! Почему мы должны одеваться при вас?

Михаил что-то заворчал из под ее руки, а Лидия вдруг мягко спросила:

– Миша, я вас смущаю? Мне выйти?

От возмущения Алена резко вскочила на ноги:

– Что вы себе позволяете!

– Девочка, не надо ревновать.

 – теперь Лидия ласково улыбалась. – У вас очень привлекательный мужчина. Вам его все равно не удержать.

– Да вы… – Алена задохнулась и с отчаянием выкрикнула: – Я все вашему мужу скажу!

– Что именно? – Лидия ни на миг не потеряла спокойствия.

 – В чем вы меня обвиняете?

Алена в полной растерянности оглянулась на Михаила. Он уже успел одеть мягкий фиолетовый халат и стоял позади нее, не вмешиваясь в спор.

– Миша, пойдемте. – и Лидия вышла из палаты, даже не повернувшись к Алене. Михаил молча последовал за ней, а Алена покорно поплелась следом.

В душе у нее все кипело. Зачем, зачем она придумала эту историю с омоложением? Да, надо признать – всего за три дня в клинике Миша сбросил лет десять минимум.

А ведь лечение еще не закончено. Но… Он не только помолодел, но действительно стал очень привлекательным для женщин! Намного более привлекательным, чем ожидала Алена. Вернее, она даже не думала об этом, когда записывалась в медцентр, когда соглашалась на некоторые странные условия, и подписывала бумагу о неразглашении методов лечения. Но обратного хода нет. Надо привыкнуть к новому, более молодому и привлекательному Мише, надо перестать ревновать…

Она взглянула на длинные ноги Лидии, слегка прикрытые коротеньким белоснежным халатом, и ее вновь захлестнула волна раздражения.

Чтобы отвлечься, она начала рассматривать двери палат, мимо которых шла.

Отделение был роскошное. На бежево-розовых стенах висели натюрморты в дорогих золоченных рамах, полы были покрыты мягкими коврами, в которых утопали ноги и проваливались каблуки. Поэтому Алена предпочитала кроссовки. Но, несмотря на всю красоту, это была именно больница.