Прелюдия к большой войне

Ну так кто ты? Дипломат? – не унимались они.

– Нет. Мы писатели, корреспонденты. Хотим про вашу страну и ваш народ статьи в русские журналы и газеты писать.

– Дело хорошее, но тебе лучше охотником быть или…

О том, что близится война с британцами, они говорить не стали, суеверно полагая, что так можно и беду накликать. Остаток пути прошел в дружеских беседах.

Претория ошеломила их, придавила к земле и они стояли на площади, чуть втягивая головы в плечи, и смотрели на огромные здания, что окружали их со всех сторон.

Это был оазис цивилизации посреди почти дикой пустыни. В витринах магазинов были выставлены драгоценности, модные платья. Покажи кто Савицкому или Рохлину фотографию с такими видами, никогда бы они не угадали, что сделан этот снимок не в Европе, а в Южной Африке.

Дворец правительства отдаленно напоминал Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге, те же псевдоантичные колонны, купол. Рохлин смотрел на него, любуясь, и испытывал какой-то трепет, когда начал подниматься по ступеням центральной лестницы.

Хорошо еще, что рука его невольно не потянулась перекреститься, как всегда было при входе в храм. Он улыбнулся от такой мысли.

Самый простой способ поговорить с Крюгером – это подкараулить президента возле его дома, благо никакой охраны там не было и никто мешать не станет.

Крюгера уже четвертый раз подряд выбрали президентом, но жил он в очень скромном домике, во Дворец часто любил ходить пешком; помощникам, которые уговаривали его сесть в карету, говорил, что хочет размять ноги, а то совсем развалится от сидячей кабинетной работы.

Прохожие уступали президенту дорогу на тротуарах, раскланивались, снимая шляпы, а он раскланивался им в ответ.

– Мы можем устроить охоту, – предлагали помощники, – на ней можно размяться от кабинетной работы.

– Ой, да стар я уже для таких развлечений, – говорил Крюгер, – в молодости, конечно, любил я на львов поохотиться.

Опыт кое-какой приобрел. Надеюсь, что и сейчас он мне поможет.

Президент намекал на Британию, у которой на гербе изображен лев.

Можно было ходить вдоль и около Дворца правительства до второго пришествия и все не решиться войти в него, не дождаться удобного случая, когда двери останутся без присмотра и тогда в них сможет проскользнуть любой, кому это вздумается.